А может, стоит обратиться не к собратьям по расе, а к людям?
Скажем, тот же господин Херитт — человек. Обладатель одного из трех крупнейших состояний, построенных на ядерных технологиях. А вот двое других ядерных магнатов — его собратья по расе. Пернатые.
Охитека впервые задумался, что большинство мест в Совете занимают нэси. По сути, раса генетических калек. Люди в меньшинстве — в совете они составляли чуть больше четверти, и держались обособленно.
Многим до сих пор казался смешным факт, что генетические уроды, оказавшиеся продуктом проваленного эксперимента, стали наиболее богатой и влиятельной частью населения трех континентов. Подопытные — точнее, их потомки — выбились в олигархи. И значительная часть власти оказалась в их руках.
Устраивает ли это людей? Быть может, именно среди них стоит искать тех, кто стоит за хитроумной комбинацией? Решили подвинуть зарвавшуюся диаспору. И удачной мишенью показались две крупные компании. Владельцев убрать, детей — или тоже убрать, или запугать так, чтобы носов не высовывали.
А что, разумные действия. Начать с тех, кто занимает промежуточное положение. Мелких дельцов игнорировать — их много, и роли каждый из них по отдельности не играет.
До крупных игроков — вроде тех же господ Херитта, Ширики и Мокки — нужно еще добраться. С почтенным Чунтой — нынешним председателем Совета — тоже придется повозиться.
А вот убрав десятка полтора крупных олигархов и прибрав к рукам их состояния, уже можно диктовать свои условия.
Охитека досадливо поморщился собственным мыслям. Сам не знает, что искать среди людей — поддержку или возможных врагов. Да может, среди них царят такие же разногласия, как и среди нэси! Если не хуже. Им-то не требуется держаться вместе. Людям нет нужды жениться или выходить замуж за своих. Они не малочисленны — в отличие от нэси. Это нэси приходится следить, чтобы их гены — гены пернатых — не просачивались за пределы их диаспоры.
И все равно то и дело появлялись дети в результате смешения двух рас — людей и нэси. Атавинанты — калеки, не способные работать и приносить пользу обществу. Зато способные создать немалые проблемы этому самому обществу.
— Ты на ходу спишь, — прошипела Кэтери в ухо, сжав его локоть. — На том свете выспимся! Если нынче не сумеем ничего сделать, такая возможность появится очень скоро!
— Насчет ничего ты преувеличиваешь, — отозвался он в ответ. — Мы теперь — законные наследники своих компаний.
— Угум. Куда поедем после сбора — к тебе или ко мне?!
— Кэтери, — он сжал слегка ее пальцы второй рукой. — Мы только приехали. Как и большинство. Взгляни на эти лица! Те, кто не шарахается от нас в откровенном ужасе — еще не проснулись толком. И им на нас плевать!
Она глубоко вздохнула.
— Ладно, ты прав, — проворчала она. — Извини. У меня перед глазами эта огромная площадь вокруг здания и широченная подъездная дорога. Не представляю, как мы станем выходить отсюда.
— Попросим кого-нибудь подвезти нас, — нервно хохотнул он.
Она фыркнула. Криво усмехнулась.
— Лысые генетики! В другое время я не отказалась бы поглядеть на такой трюк со стороны, в чьем-нибудь другом исполнении.
— В другое время и я бы не отказался, — Охитека поморщился. — Но мне кажется, это вполне здравая идея. Просто увязаться за кем-нибудь достаточно влиятельным, но сравнительно безобидным. Запрыгнуть в машину в последний момент. Навряд ли нас станут выпихивать силой на парковке — никому такие представления не нужны. Это если совсем ничего не выгорит. Какой-никакой, а шанс выжить. По крайней мере, ближайшую четверть часа после окончания этого раунда Совета. Выбраться за пределы этой площади, уехать из центра. Там уже будет проще. Кстати, начинаются танцы, — прибавил он. — Ты предпочтешь потанцевать или прогуляться к столу с закусками?
— Ты в силах танцевать?! — возмутилась она и сникла. — Уж лучше танцы. Кусок в горло не лезет…
— А ведь если бы нас объявили вне закона официально, это был бы фокус, — шепнул он, ведя ее к центру площадки. — Мы бы и тут не сумели появиться. И генетика лысого что-нибудь оформили бы!
— Видимо, это им пока что не по зубам, — отозвалась она мрачно.
— Пока что, — повторил он, кивнул. — Как считаешь, может, это люди решили чуть проредить ряды пернатых?
— Шутишь?! — возмутилась она. — Ты видел физиономии наших сородичей?
Да уж, не поспоришь. Все осведомлены, что происходит! И точно знают, что их двоих здесь быть не должно. Они вообще последние три-четыре доли суток считались если не погибшими, то пропавшими без вести.
Но даже если охоту на них устроили сородичи, к людям обращаться бессмысленно. Тем плевать на пернатых. Что им за разница — ну, исчезнут гены двух родов. Им от этого ни холодно ни жарко. А о состояниях и вовсе бессмысленно говорить — ну, перераспределят капиталы и заводы по рукам. Что за разница тем, кто не принимает участия в дележке? И не припугнешь тем, что могут взяться и за человеческих олигархов.
Открыто просить помощи — означает признать свое поражение. За помощь потребуют плату. Какую — часть состояния? Нет, в отчаянном положении тоже вариант.
