— Судя по тому, что вы стоите здесь, — как можно спокойнее сказал Линар, — дуэли не было? Или же граф оказался очень слабым противником… К тому же, я оставил вам записку.
— Записку?! — граф де Варен саркастически усмехнулся. — И ты всерьёз полагал, что этого будет достаточно, чтобы объясниться с де ла Мэром? Но хватит об этом, собирайся, я не намерен торчать тут до вечера, к тому же нам предстоит долгий путь.
— Вам предстоит, — холодно и твёрдо сказал Линар. — Я уже сказал и повторю ещё раз: я не вернусь. Забудьте обо мне, отец. Я не женюсь по вашей воле и вообще не собираюсь жениться на ком бы то ни было!
— Вот как? — приподнял бровь граф, а на лице его появилось выражение брезгливого презрения. — Значит, то, что донесли мне о вашей позорной связи с хозяином этого магазина — правда?
— Почти, — ощущая, как вспыхнули от гнева щёки, процедил Линар. — Это не позорная связь, а настоящая любовь, которой никогда не знали вы!
— Заткнись! — граф шагнул к сыну вплотную и сильно, не жалея, ударил по щеке. — Ты уже достаточно опозорил меня своим побегом! Слава богам, что о твоей содомии никогда не узнают в Гелиболе.
— Вы вольны называть это как угодно, — держась за горящую огнём щеку, произнес юноша, — и вам же будет лучше, если я никогда не появлюсь дома. А потому — уходите, пока…
— Пока что? Пока не вернулся твой… ёбарь? — впервые в жизни Линар услышал подобное слово от отца и отшатнулся, словно тот снова его ударил. — И кстати, где он? Я хотел бы лично пояснить ему, во что он ввязался, и предать суду за мерзкое мужеложство, к которому он склонил моего сына.
— Надеюсь, что вы никогда не встретитесь, — странно усмехнулся Линар.
— Боишься, что я выпушу ему кишки? — зло хохотнул граф де Варен. — И правильно боишься, потому что я до сих пор лучший фехтовальщик Гелибола, в отличие от тебя, умеющего только махать пером и сосать чужой хер.
— Нет, — покачал головой юноша, не собираясь посвящать отца в то, что сделает с ним Детлафф, случись им столкнуться сейчас. — Просто не хочу, чтобы ваша смерть наступила раньше срока, отпущенного богами. А потому скажу ещё раз: уходите, пока не поздно, и навсегда забудьте обо мне.
Граф де Варен смотрел на сына, видел, как горят упрямой решимостью его глаза, и понял, что увезти Линара домой сможет только силой. Да и потом придётся запереть его на десяток замков, чтобы снова не сбежал. Сейчас перед ним стоял уже не тот мальчишка, которым Линар был несколько месяцев назад, что-то случилось с сыном за это время, изменив настолько, что не заметить этого было нельзя. У графа оставалось последнее средство, и он не замедлил пустить его в ход:
— Если ты не поедешь со мной, то я лишу тебя наследства и титула, ты станешь безродным бродягой, а всё моё состояние перейдёт к твоему кузену. Выбирай, Линар. Я жду.
— Жизнь во лжи, подобная вашей, и настоящая любовь; счастье полного слияния и богатство? Вы всерьёз полагаете, что я соглашусь на столь неравноценный обмен? — юноша приподнял бровь, пристально глядя на отца. — Я остаюсь здесь и надеюсь больше никогда не видеть вас.
— Хорошо, — процедил граф де Варен и направился к двери, но на самом пороге обернулся и процедил, глядя в глаза Линара: — Так будь же ты трижды проклят, выродок! Будь проклят тот день, когда я зачал тебя, будь проклят тот час, когда ты появился на свет! Пусть гнев богов падёт на твою голову и уничтожит тебя, чтобы подобная мерзость не оскверняла землю!
Последнее слово сопровождалось громким хлопком входной двери, которую граф де Варен с треском закрыл за собой.
***
Когда дверь за отцом захлопнулась, Линар бессильно опустился на стул, закрыл глаза и облегчённо выдохнул, но не прошло и пары минут, как раздался новый стук двери, тяжелые шаги и звяканье железа. Открыв глаза, юноша увидел, что к нему быстро приближаются двое вооружённых мужчин.
— Что вам… — начал он, но договорить не успел, потому что один из них, в мгновение ока оказавшись рядом, с размаху саданул юноше под дых, дыхание у Линара перехватило, а свет в глазах померк.
Когда юноша снова пришёл в себя, то обнаружил, что сидит в карете напротив отца, зажатый с обоих боков вооружёнными охранниками. Руки Линара были связаны за спиной, но рот и глаза оставались свободными, и он спросил, глядя на отца:
— Что это значит? Я же сказал, что не вернусь!
— А с чего ты взял, что я везу тебя домой? — холодно ответил граф де Варен. — Я всего лишь собираюсь исправить ошибку, которую допустил восемнадцать лет назад, дав тебе жизнь.
— Вы хотите сказать… — Линар похолодел, начиная понимать, что на самом деле значат эти слова.
