— Он говорил, — громким шепотом проговорила Лу, пытаясь оттолкнуть от себя духа, который кружил над ее ладонью, — страшные вещи!
Повинуясь жесту некроманта, светлячок сделал круг вокруг его головы, а затем втянулся в раскрытую ладонь. Лу с шумом выдохнула и прижалась к Элли.
— Оно сказало, что это моя вина, — шмыгая носом, прошептала девочка.
— Не нужно было слушать, — Корвин выпрямился и уже собирался уходить, но Хан-су схватил его за подол плаща.
— Что это такое было? Ты — маг?
Корвин и Элли переглянулись.
— Я не смогу научить тебя этому, — осторожно начал Корвин.
— Не нужно. Я знал, что люди за морем многому научились, но не представлял, что они продвинулись так далеко, — болло воодушевленно потер руки. — Почему ты сразу не сказал, что ты — странствующий кудесник и ищешь сцену?
— Что?.. — опешил некромант. — Я не ищу…
— Верно-верно. Считай, что уже нашел. Что еще ты умеешь, кроме этих светящихся искр?
Корвин уж было собирался грубо прекратить этот разговор, но Элли легонько толкнула его в бок. Это был их шанс.
— Много чего, — угрюмо проворчал мужчина, исподлобья глядя на девушку.
— Мне нужно будет все это посмотреть, — Хан-су откупорил новую бутыль. — И если твое выступление нас устроит, то ты можешь рассчитывать на поддержку моего клана.
— Мне… да, хорошо, — сквозь зубы выдохнул Корвин.
— И, конечно же, ты сможешь рассчитывать на переправу через земли и достойное путешествие. Мы собирались в столицу через три недели, — видя, что некромант остается хмурым, болло поспешил добавить, — и ты не представил своих спутников.
— Это моя помощница Элли, — глядя на помрачневшего болло, Корвин тут же добавил, — без нее никаких… выступлений.
— Ну хорошо… а эта маленькая девочка?
Лу сильнее прижалась к Элли, потупив глаза под тяжелым взглядом некроманта. Девушка понимала: Хан-су с небольшим желанием согласился взять помощницу мага, от которой еще могла быть польза. Но девочка… Видимо тоже самое в голову пришло и Корвину. С минуту он смотрел на дрожащую от страха Лу, а затем, глубоко вздохнув, медленно проговорил:
— Она — неосторожный плод моего пристрастия к дешевому пойлу, картам и одиноким… женщинам.
— Замечательно, — хоть и с кислой, но уже определенно более искренней улыбкой закончил болло. — Приходи на закате, и мы посмотрим твое выступление… и ты не представился, чародей.
— Корвин, — сухо бросил некромант, подхватил с пола закупоренную бутыль и выбрался из повозки. Коротко кивнув на прощание, Элли последовала его примеру, увлекая прочь все еще испуганную девочку.
***
Сотни искрящихся точек взмыли под потолок, выстраиваясь в причудливый узор; совсем немного воображения, и под куполом цирка развернулась настоящая битва: маленький отряд воинов сражался против огромного монстра, с клыков которого кровь алыми искрами падала вниз, прямо на застывших зрителей. Тьма надежно скрывала и заклинателя, и грязные полотнища-стены. Казалось, сами созвездия решили дать это представление обычным крестьянам.
По мнению Элли (да и всех зевак) этого было более, чем достаточно. Но Корвин так не считал: сетка огней в последний раз ослепительно вспыхнула и искры посыпались вниз. Подставив ладонь, девушка поймала огонь и узнала в нем светлячка. Узнала и содрогнулась: с потолка их падало не меньше тысячи. Сотни порабощенных душ… Хлопали бы собравшиеся, ловили бы падающие искорки, если бы знали, что когда-то они были живыми?
Снова тьма, восторженное перешептывание; кажется, что выступление окончено, но никто не торопится зажигать факелы. Элли лишь с трудом угадывала силуэт некроманта в центре арены: руки широко разведены, голова запрокинута, поношенный дорожный плащ бесформенной кучей лежит у его ног.
Они опоздали на выступление: никого не слушая, Корвин менее, чем за час выпил мутное содержимое не менее мутной бутылки и растянулся спать на ближайшем «удобном» ложе. Элли и Лу ничего не оставалось делать, кроме как сидеть рядом и отвечать на редкие вопросы циркачей. Последнее очень скоро превратилось в забаву: с азартом Элли и девочка рассказывали, что спящий на соломе человек — великий маг и кудесник, который сегодня будет давать уникальное представление, память о котором переживет много поколений. Говорили они до того убедительно и всем подряд, что в скором времени выяснилось, что на представление собирается прийти почти все поселение, благо обитатели любили зрелища. Когда же Лу, с детской непосредственностью и радостью, сообщила об этом проснувшемуся и порядком злому некроманту, Корвин лишь с тоской посмотрел в небо, сплюнул под ноги и отправился искать воду.
