— Ах, я понимаю, Ваше Величество. — Нарман почувствовал, что его губы пытаются сложиться во что-то, что как он подозревал, было бы улыбкой, если бы он позволил ей проявить себя. — Я могу легко понять, где это может создать замешательство. Нечего и говорить, я вполне уверен, что, когда новость о вашем браке — не говоря уже о вашей коронации как Императора — достигнет Зиона, реакция будет значительно хуже, чем «замешательство».
— Остаётся только надеяться, — ответил Кайлеб, затем откинулся на спинку трона и склонил голову. — И раз уж мы заговорили о новостях, достигающих Зиона, я уверен, что они будут в равной степени обеспокоены новостями о вашем прибытии сюда, и причинами вашего визита. Могу ли я предположить, что ваши приготовления с коммодором Зестро и герцогом Соломоном адекватно… защитили ваш тыл, скажем так, от епископа-исполнителя Уиллиса и его реакции на ваше решение?
Нарману удалось не моргнуть и не дать своей челюсти отвиснуть от слабого изумления. Ведь, как он напомнил себе мгновением позже, замечание Кайлеба не обязательно означало, что он обладал какими-либо особыми знаниями о его недавней деятельности. У него уже было достаточно доказательств того, что Армаки были потрясающе умной и компетентной династией. Не потребовался никто, столь же сообразительный, как Кайлеб, чтобы долго рассуждать о том, что должен сделать Нарман, чтобы защитить себя от реакции Церкви. А разобравшись в том, что он сделал, можно было всего лишь за один простой и короткий шаг прийти к заключению, кого он выбрал для этой работы.
«Тем не менее, это впечатляющий разговорный гамбит», — признался он самому себе.
— Я думаю, что добрый епископ-исполнитель в настоящее время гостит в Эрейсторском Дворце, Ваше Величество, — сказал он спокойно. — Я уверен, что мой персонал обеспечивает все его потребности, и он вполне может оставаться нашим гостем до тех пор, пока мы не сможем разрешить любое… отсутствие взаимопонимания.
— Возможно, мы могли бы послать епископа Жералда, чтобы помочь ему найти путь к истине, — предложила Шарлиен.
Нарман вежливо посмотрел на неё, и она пожала плечами. — Епископ Жеральд предоставил свои услуги в распоряжение архиепископа Мейкела после убийства архиепископа Эрайка руками Инквизиции. Возможно, его собственный опыт, полученный в ситуации, аналогичной той, в которой оказался епископ-исполнитель Уиллис, позволит ему привести епископа-исполнителя к более точному пониманию того, что на самом деле означает раскол между Церковью Черис и Церковью Зиона.
— Возможно, он действительно сможет оказать благотворное влияние, Ваша Светлость. — Нарман снова поклонился ей. — Во всяком случае, я не вижу способа, как это может причинить вред.
— Тогда, если архиепископ пожелает отправить его в Эрейстор, мы обязательно это сделаем, — сказал Кайлеб. — Тем временем, однако, есть определенные формальности, которые нужно выполнить.
— Действительно есть, Ваше Величество, — признал Нарман.
— В таком случае, я считаю, что есть только один предварительный вопрос, который нужно задать и на который нужно получить ответ перед глазами нашего суда и наших советников, а также глазами Бога. И вопрос этот в том, понимаете ли вы, полностью принимаете, и подписываетесь без оговорок под условиями, предварительно принятыми с вашей стороны графом Сосновой Лощины?
— Да, Ваше Величество. — Нарман снова, более глубоко, поклонился. — И поскольку, как вы говорите, в настоящее время мы находимся перед глазами вашего суда и ваших советников, я также прошу позволения сказать следующее. Условия, которые Вы и Её Светлость сочли уместными предложить моим подданным, моему Дому и мне как личности, гораздо более щедрые, чем я когда-либо ожидал или мог обоснованно попросить. Из-за этой истины и моего осознания этого, я хочу выразить свою глубокую и искреннюю благодарность.
— Условия такие, какие есть, милорд, — ответил Кайлеб через мгновение. — Я не буду отрицать, что у меня было сильное искушение быть… менее великодушным. Но месть за прошлую вражду — мелочное и отравляющее дело. В мире в наши дни происходит гораздо больше вещей, чем традиционные распри и препирательства между Изумрудом и Черис. Эти вещи не оставляет времени для наших небольших местечковых споров, и я не собираюсь оставлять гноящиеся раковые опухоли отравлять всех нас, когда мы сталкиваемся с самым большим вызовом в нашей жизни. Мы с Её Величеством предложили эти условия не из-за того, что мы сильно вас любим; мы предложили их исходя из реалистичного понимания необходимости превратить бывших врагов в надёжных союзников перед лицом угрозы представляемой «Группой Четырёх».
— Тот факт, что великодушные условия также могут быть мудрыми, не делает их менее великодушными, Ваше Величество, — сказал Нарман.
— Вероятно, нет. Но похоже пришло время разобраться с этими формальностями.
— Конечно, Ваше Величество.
