Более ярко раскрашенные торговые суда, которые, очевидно, были привлечены на службу в качестве военных транспортов, составляли с ними разительный контраст, и даже сквозь завесу дыма и пыли, окутывавшую Восточную Крепость, он мог видеть синие куртки черисийских морпехов, выстроившихся вдоль бортов транспортов, чтобы наблюдать за зрелищем, как клубы порохового дыма извергались из бортов военных кораблей с такой смертоносной, равномерной частотой.
Он смотрел на всё это около минуты, затем нырнул обратно в укрытие, прислонился спиной к внутренней поверхности парапета и снова посмотрел на своего заместителя.
— Ты прав, — проскрежетал он. Эти слова стоили ему физической боли гораздо большей, чем порез на его голове, нанесённый отлетевшим осколком камня в самом начале схватки. — Прикажи людям прекратить огонь и укрыться. Затем спустите знамя.
— Сигнал с «Судьбы», сэр.
Сэр Доминик Стейнейр, барон Каменного Пика, оторвался от разговора со своим флаг-капитаном.
— Да, Стивин?
— Восточная Крепость сдалась, сэр, — доложил лейтенант Эрайксин. — Морские пехотинцы высадились на берег и взяли гарнизон под стражу. Капитан Аэрли докладывает, что люди майора Жеффира захватили батарею и готовятся к её уничтожению.
— Превосходные новости, Стивин! — Каменный Пик широко улыбнулся и снова посмотрел на капитана Дериса. — У Аэрли, похоже, развивается талант к такого рода вещам, а, Тим?
— Да, милорд, развивается.
Дерис улыбнулся в ответ. Он и Каменный Пик знали Данкина Аэрли ещё с тех пор, как тот был гардемарином. Они были прекрасно осведомлены о случающихся у него время от времени приступах неуверенности к себе… а также о том, что каким образом ему всё равно удавалось выполнять свою работу.
— Если он продолжит в том же духе, боюсь, нам придётся повысить его до коммодора, — продолжил Каменный Пик. — Даже если это означает, что ему придётся отказаться от своих приятных лодочных прогулок.
На этот раз громко рассмеялся Дерис, но выражение лица Каменного Пика сделалось серьёзным, когда он снова повернулся к лейтенанту Эрайксину.
— Сигнал на «Судьбу», Стивин.
— Да, сэр?
— Отличная работа. Чихиро 7:23.
— Так точно, сэр, — подтвердил Эрайксин.
— Очень хорошо, Стивин. Беги и отправь его. — Каменный Пик сделал прогоняющее движение обеими руками, и лейтенант направился обратно к сигнальной группе.
— Чихиро семь, сэр? — спросил Дерис, приподняв одну бровь, и Каменный Пик улыбнулся ещё мрачнее.
— Почему-то это показалось мне уместным, — сказал он.
Капитан сэр Данкин Аэрли прочитал короткую сообщение никак не комментируя её, а затем вернул её связисту-гардемарину.
— Благодарю вас, мастер Аплин-Армак, — сказал он и отвернулся, глядя поверх поручней, сцепив руки за спиной, в то время как слова стиха из Писания проносились в его памяти. — «И сказал Святой Лангхорн ему: «Воистину, предаст Господь врагов своих на волю судьбы, уготованной тем, кто служит разложению, чтобы побеждены и унижены были они за грехи свои, связаны по рукам и ногам, и отправлены в плен праведниками».
«Полагаю, он имеет в виду, что это комплимент, основанный на названии корабля», — подумал он. — «Но и это ещё не всё. И учитывая то, что произошло в Фирейде, это, безусловно, подходящий выбор текста».
Он задумался ещё на несколько мгновений, затем отвернулся от поручней и поманил юного герцога Даркоса обратно к себе.
— Сигнал на флагман, — сказал он. — Лангхорн 23:7.
— Так точно, сэр.
Юноша ухмыльнулся, явно довольный его выбором места из библейских текстов. Затем он поспешил обратно, чтобы подать указанный сигнал, и улыбка Аэрли стала тонкой, когда он посмотрел на батарею, где были заняты его десантные группы. Дельфиракцы, обслуживающие орудия, как раненые, так и невредимые, были переведены в безопасное место на дальней стороне острова Восточный. Затем орудия были заряжены увеличенными в пять раз зарядами и четырьмя ядрами каждое, и от пушки к пушки был протянут быстрогорящий огнепроводный шнур. Ещё один отрезок шнура был заведён непосредственно в пороховой погреб. Оба они ответвлялись от такого же отрезка медленногорящего шнура, который был отрезан с таким расчётом, чтобы дать последней лодке время уйти на безопасное расстояние после того, как он был подожжён. Заряженные сверх меры пушки должны были выстрелить первыми, почти наверняка разорвав свои казённики и сделав их бесполезными для всего, кроме лома. Затем пороховой погреб должен был взорваться с силой, достаточной, чтобы Восточная Крепость превратилась в груду щебня. Когда дым рассеется, на острове Восточном не должно остаться ничего, кроме обломков.
Ибо избранный им стих из Книги Лангхорна гласил: «Удел нечестивцев — это смерч, и низвергну я все укрепления и крепости тех, кто хотел бы угнетать народ Божий».
Сэр Вик Лакир слез со своей лошади и посмотрел, как конюх уводит её прочь.
«Мне действительно пора в постель», — подумал он. — «Единственное, что я знаю точно — мне нужно отдохнуть. К сожалению», — его губы дёрнулись в невесёлой улыбке, — «сон — это та единственная вещь, которая, как я знаю, не случится».
