И уж было показалось на мгновение, что отыскала я путь к Тебе, и на это мгновение отпустил горло страх жуткий и слезы перестали, и наступило облегчение и пришла надежда. Но прошло мгновение, и снова, словно зверь в клетке, я то мечусь отчаянно, то сижу оцепенело, без чувств и без надежды. И каждая минута, когда уже кажется, что я вот-вот и разгляжу пути Твои, еще более суровое готовит испытание на следующую же минуту. Так, в подвешенном состоянии, я как у моря погоды милости Твоей жду, но милости не встречаю.
Надейся, говорят, надейся! Но что это значит? Я должна грешить и надеяться, что Ты мне простишь? Это правда, Ты прощал великим грешникам, а тот, что от Христа трижды в час смертный отрекся, тот даже стал скалой, на которой Церковь Твоя утверждена. Многим Ты простил, но, может быть, ради того, чтобы грешник в неправедности своей блуждал, в душе своей надежду лелея на милосердие Твое бесконечное? Так что прости грешникам, которые не ведают, что творят, прости и тем, что в неведении своем, вслед за порывом страсти о грехе не думая, словно животные, грех свой повсюду сеют. Вот Ты животным прощаешь, а человеку не прощаешь, не снисходишь до таких, кто, греша, заранее на милость Твою уповают. Он ЗНАЕТ, а стало быть, не может уповать на прощение, он Тебя не звероподобностью своей оскорбляет, а человечностью своей бесконечно Тебя оскорбляет, ибо тем, что через душу свою бессмертную милосердие Твое хотел бы выманить, бесконечно Тебя оскорбляет и возмездие бесконечное за это нести будет.
Звезда утренняя, что всем светишь, почему для меня одной ты погасла?
Заступники святые, почему меня одну без помощи оставили?
Спаситель рода людского, всех людей, почему одну меня Ты не спас?
Из-за любви грешной из овчарни Твоей изгнанная, иду я за голосом любви, с каждым шагом всё больше отдаляясь от пристани Твоей. Бесполезно сопротивляться: когда один ветер на море дует, под этот единственный ветер и надобно парус поставить. Ты не зовешь меня, голос мой падает в бездонный колодец мудрости Твоей и эхом пустым возвращается. Ледяная пустыня закона Твоего никуда не ведет, ибо ничего не видно на горизонте. А с противоположной стороны — сад теплый, который миражом, заблуждением называют. Так пусть будет заблуждение. Лучше иллюзорное тепло, чем неиллюзорный холод.
Пусто на путях Твоих.
Мое счастье — краткое, и доброе, и грешное.
Звезды радуют меня, хоть я не радую их.
А звать меня Элоиза. Звать так, а никак не иначе.
Non serviam10.