— Шестьдесят три, — холодный грозный голос заставил вытянуться по струнке не только Ширну, но и меня.
— Кто вы? — спросила у подошедшей женщины. Та смерила Ширну строгим взглядом почти чёрных глаз, и женщина мигом испарилась.
— Я управляющая приютом, мать Нерралия. Давайте пройдём в мой кабинет, не стоит будить детей.
Такой напор немного сбил меня с толку, мы прошли к узкой деревянной лестнице в самом конце коридора и поднялись на мансардный этаж.
— Здесь живут сестры приюта, — пояснили мне и открыли дверь. Кабинет Нерралии оказался каморкой, в которой стол помещался с трудом, но это её не тревожило. Она с гордостью и грациозностью, достойной аристократки, села на простой деревянный стул и внимательно посмотрела на меня.
Мой стражник остался ждать снаружи, потому как попросту не поместился бы тут с нами.
Женщина молчала, и я не отказала себе в удовольствии рассмотреть её. Чёрные волосы, темные глаза и острый тонкий нос вкупе с небольшим ростом и мешковатым тёмным платьем сделали Нерралию похожей на галку. Она даже моргала как-то по птичьи.
— Простите мою дерзость, Ваше Высочество, — заговорила та, — не смогла отказать себе утолить любопытство и лично увидеть бывшую воспитанницу Моррольского приюта, ставшую принцессой и уничтожившую Защитный Пояс.
— Мы знакомы, — насторожилась я?
— Нет, но я наслышана о вас от двоюродной сестры, она работает в приюте, где вы выросли.
Я полагала, что Нерралия ждёт расспросов про сестру или что-то в этом роде, но так как на самом деле я ничего не знала о жизни там, просто молчала.
— Что ж, — нахмурила женщина брови, заправляя выбившиеся волосы за ухо, — сразу хочу вас предупредить. Детей вы не получите. Потому не тратьте своё время и уходите. Вам здесь не рады.
В голосе звучали решимость и ненависть, и даже сам образ управляющей стал более грозным.
— То, что мне не рады здесь или вообще где-то я поняла и сама. Мне не понятно о каких детях идёт речь? Получить? Что вы имели ввиду?
Нерралия напрягалась, сжимая добела руки:
— Думаете я не знаю?! — злобно заговорила она. — По приказу короля детей из приютов отправляют на Нижний континент, строить какую-то машину! Мало вам было половины мира испоганить, решили весь целиком уничтожить?! Детей я не отдам, убивайте, режьте как других, но запомните, их кровь на ваших руках.
Она вскочила и схватила меня за руки, сменив ярость на мольбу:
— Прошу вас, не отправляйте их на смерть, они же ещё дети! — женщина повисла на мне через столешницу, рыдая.
Я осторожно отцепила её руки от своих, легонько отталкивая, чтобы та села на свой стул. Нерралия упала на него, прикрыв руками лицо:
— Я тридцать лет посвятила себя приютам, я каждого люблю как родного. Они же там умрут…
Её стенания чуть меня саму не довели до слез. Я осмотрелась, отыскала кувшин с водой и стакан. Плеснула жидкости в него и протянула Нерралии.
— Послушайте, — села у её ног, чтобы видеть глаза, — я пришла сюда не за тем, чтобы кого-то забрать или кому-то навредить. И, клянусь, такого не было даже в моих мыслях.
Та утёрла слезы застиранным платочком, и с недоверием посмотрела на меня. — Я не знала, что детей отправляют на строительство стабилизатора. Но теперь я знаю и больше тому не бывать. Даю слово. Вы достаточно смелая, не побоялись высказать мне все в лицо, в отличие от тех, кто меня окружает. Если вам не сложно, можете вы рассказать мне, что происходит в королевстве, да и в мире после коронации Сигмунта.
Нерралия несколько минут сверлила меня взглядом покрасневших от слез глаз, решая может ли говорить свободно. Я тем временем села за свой стул обратно, налив воды и себе.
— Вы правда не пришли для того, чтобы оправить моих воспитанников на Нижний континент?
— Клянусь.
— Сложно поверить, — прочищая горло для долгого разговора, начала Нерралия, — что вы не в курсе происходящего.
— После уничтожения Пояса мне пришлось долго восстанавливаться, — отвела я взгляд. Женщина хмыкнула.
— Случилось то, чего и стоило ожидать. Мы все хорошо знаем историю и помним события, располовинившие наш мир. А также унёсшие тысячи жизней во время великого прорыва. Сигмунт — чудовище. Как жаль, что его не убили тогда. — Нерралия горько покачала головой, сжимая кулаки. — А теперь он добрался до ликса и навеки засядет на троне.
Она сделала жадный глоток, смачивая горло:
— Всех, кто смеет ему перечить свозят к Бусинным горам — добывать Ликс. Слухи ходят, люди, побывав у кристалла, не живут дольше нескольких дней. А всех сирот на пару с заключёнными и пойманными бунтовщиками он отсылает на Нижний континент. Да и у нас тут не сладко, — махнула рукой. — Постоянно его головорезы то драки учинят, то убьют без суда. Взятки берут, на все сквозь пальцы смотрят. У нас две недели назад украли всю повозку с провизией. Я пришла к начальнику городской стражи, а он сказал мне, чтобы мы не отравляли его воздух своим присутствием. И что он вообще нас запрет в приюте и подожжет.
