Это был упрек не в бровь, а в глаз.
Могли ли щадить простолюдина те, кто прибыл из-за границы с оружием и деньгами властвовать? Наверное, нет!
Заканчивалась гражданская бойня. Внешние враги покинули Россию. Вслед за ними потекли потоки белых защитников монархии. Страна была опустошена ее сынами — белыми и красными. Промышленность лежала на боку. Спутники послевоенного времени — хаос, холод и голод тут же заявили о себе.
23 февраля 1922 года ВЦИК публикует декрет об изъятии церковных ценностей для оказания помощи в борьбе с голодом. Патриарх Тихон соглашается церковно-приходским Советам и общинам жертвовать драгоценные церковные украшения, не имеющие богослужебного употребления, на нужды голодающих.
Но дальше власть поступила, как князь Игорь при попытке собрать у древлян дополнительную дань. Что с ним случилось, известно и школьнику. Большевики решили пройтись по второму кругу отбора. Теперь потрошили всю церковь. Тихон назвал это святотатством. 22 марта 1922 года Троцкий с согласия Ленина реализует план по разгрому церкви с арестом Синода и Патриарха. СМИ буквально «раскатывали» священников.
Тихона вызвали в ГПУ на Лубянку. Беседа-допрос проходила на повышенных тонах. Его обвинили в том, что подчиненные ему иерархи готовят контрреволюционный заговор, а через день уже вызвали на суд, который вынес частное определение о привлечении гражданина Василия Ивановича Беллавина к уголовной ответственности. Под арестом он находился в бывших казначейских покоях Донского монастыря, а потом во внутренней тюрьме ГПУ.
Планировался суд над Тихоном в Колонном зале Дома Союзов с суровым вердиктом, вплоть до вынесения смертного приговора. Но тут последовало раскаяние гражданина Беллавина, а не патриарха Тихона, и его освободили. Влияние на этот акт милосердия оказала нота Керзона от имени правительства Великобритании, которая угрожала разрывом сношений с Западом, если не прекратятся репрессии против Церкви и духовенства.
Но, несмотря на это, в начале 1925 года под руководством начальника 6-го отделения СО ГПУ Евгения Тучкова началась разработка «шпионской организации церковников». Под эту кампанию подвели, естественно, и патриарха Тихона. После так называемого обновленческого раскола РПЦ и травли руководителя РПЦ 25 марта (7 апреля) 1925 года патриарх скончался в возрасте 60 лет и упокоился в Донском монастыре.
За несколько часов до смерти он произнес:
Так закончил свой путь на земле патриарх Тихон.
Антирелигиозная пропаганда набирала обороты. С 21 декабря 1922 года в СССР стала издаваться еженедельная газета атеистической направленности «Безбожник» в качестве печатного органа Центрального Совета «Союза воинствующих безбожников».
Параллельно с газетой в этот период выходил и журнал с тем же названием.
Кстати, газета издавалась по 20 июля 1941 года. Наверное, Сталину пришло вовремя прозрение о необходимости единения всего народа в борьбе с нахлынувшей новой волной тевтонцев за счет, в том числе, и адептов РПЦ. Неслучайно его выступление в роковом 1941 году начиналось со слов обращения к народу: «Братья и сестры!»
Если в центре власть как-то контролировала вспышки «красного гнева» против священников, то на местах по мере ее «триумфального шествия» местные вожди разных калибров «измывались над попами».
Вспоминается неоднократно описанный в печати и упомянутый выше дикий эпизод глумления красноармейцев над телом белого генерала Лавра Корнилова в немецкой слободе Гначбау, что располагалась в 40 километрах от Екатеринодара. Именно здесь во время кровавой вакханалии красноармейцами был захвачен священник, отступавший вместе с белыми. Его кололи штыками, а потом в приступе ярости, кто-то полоснул его по обнаженному животу. Из вспоротой брюшины пьяные изверги вытянули кишечник, и примотав его к дереву, продолжали глумиться над несчастным.
И только выстрелы вверх одного из армейских красных командиров остановили этот дикий шабаш на крови.
