– Я похож на идиота? – глаза Люка угрожающе сощурились. Цокнув языком, он с ребяческой усмешкой посмотрел на Тейта. – Что, правда похож?
Тейт впервые не нашел, что ему ответить. Вообще-то, такие разговоры он умел вести не хуже Люка, но в эту минуту словно онемел.
– Тейт еще не знаком с Тито, – замял неловкость Люк. – Он пока не в курсе всех наших дел, но, как только мы с тобой закончим, я ему обязательно расскажу про этого отброса за кружкой пива. И не сомневайся, он охренеет от того, что ты сидела тут и как дура покрывала это ходячее недоразумение. Было бы ради кого страдать.
– Я правда не знаю, где он.
– Просто проверьте ее телефон, – устало выдохнул Джейсон.
Пересилив себя, Тейт подошел и вытянул руку, надеясь, что Алма сама отдаст ему сотовый, но она крепко сжала спицы, словно собиралась ими обороняться. На миг ее взгляд снова стал пронзительно острым, как в ту ночь, когда Тейт, не говоря ни слова, каялся перед ней, а она утешала его, держа его лицо в своей ладони. Но потом Алма отвела глаза, и Тейту почудилось, что ее пальцы соскользнули с его щеки.
Отпихнув его в сторону, Люк принялся нетерпеливо шарить по одежде Алмы. Она попыталась сопротивляться, и он для смеха сделал вид, будто всерьез борется с ней, но затем стиснул ее запястья так, что она застонала, и издал гнусавый смешок. Алма сдалась, и Люк, отпустив ее руки, выудил откуда-то из складок ее юбки кнопочный телефон, очень похожий на тот, которым пользовался Винни.
– Черт, какого года эта модель? Ладно, посмотрим…
Прислонившись спиной к возвышению из коробок, он принялся листать сообщения и список контактов. На Тейта накатила дурнота. Он отошел в ту часть палатки, где были выставлены товары. Там все осталось точно таким, каким было несколько дней назад. Так же хлопали на ветру вышитые вручную ковры, так же ярко блестела на солнце стойка с украшениями, откуда он стащил брошку для Агнес. Почему вообще он тогда захотел ее вернуть? Это же была обычная дешевая брошка. Все из-за Винни с его нравоучениями и той старинной монеты, с которой он показательно расстался, хотя она стоила несоизмеримо дороже.
Тейту казалось, что он подхватил какую-то болезнь, названия которой ученые пока не придумали. «Так не поступают», – сказал бы Винни, будь он сейчас здесь. Но его здесь не было. Да и никакого права судить он не имел, потому что сам далеко не всегда следовал той морали, которую так горячо рекламировал и в которой было до черта слепых пятен. Винни, как и все, вымещал на других гнев, так же врал и манипулировал ради своей выгоды. Но у него хотя бы была совесть. И, несмотря ни на что, Винни все-таки нравился Тейту, а Джейсон и Люк – нет.
– Пустая трата времени, – услышал Тейт раздраженный голос Люка. – Увы, теть, без твоего содействия никак. Либо набирай его, либо я жду адрес. Не его, так знакомых. С пустыми руками мы отсюда не уйдем, ты же понимаешь. Давай по-хорошему, а?
Та же властная снисходительность звучала в увещеваниях Бенджамина и его родителей, когда они терзали сознание Тейта, за которое он так упрямо цеплялся. Тейт остановился у раскладного столика с холодным оружием. В глаза сразу бросился приглянувшийся ему ранее кастет из каленой стали. Выглядел он по-прежнему непрезентабельно, но Тейт помнил, как хорошо он ощущался на руке. Будто сливался с ней.
– Я же сказала, что ничем не могу помочь!
Вообще-то, Алма Тейту тоже нравилась. В тот день она смотрела на него немного насмешливо, будто знала все его пороки, но не осуждала, а была с ним ласкова. Она позволила Тейту забрать украденное и вручила ему полный денег конверт, будто ему можно было доверять. Она прикоснулась к нему так, словно хотела унять его боль, и прошептала слова, которые все эти дни продолжали крутиться у него в голове, как заезженная пластинка. Ведь в первую очередь Тейта тревожило не то, что к нему может вернуться его суперсила. И даже не то, что он сам может вернуться в параллельную вселенную, если вдруг его затянет в неожиданно открывшийся разлом. А то, что он уже не был уверен, нравится ли сам себе.
Надев кастет, Тейт сделал несколько пробных ударов в воздух. Ровно до этой секунды он не верил, что поймет, когда мироздание с ним заговорит, но теперь не сомневался: некоторые случайности и в самом деле неслучайны. Даже если это не так. Раз тебе очень нужно наделить события смыслом, значит, он есть.
– Дело твое. Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому.
Послышался глухой звук удара. Алма вскрикнула. Повернув голову, Тейт увидел, как она, скрючившись, закрывает лицо руками.
– Эй, Люк, – позвал он, сжимая кулак.
Люк неохотно обернулся:
– Что?