— Собственно, в этом и состоял план Брайана. Подтолкнуть меня к убийству, а потом предъявить доказательства твоей невиновности. Жить, зная, что ты не был ни в чём виноват, я бы не смог. Это звучит преувеличенно, но это так. Я знаю это, я почувствовал это тогда… План был почти беспроигрышный: если бы я не самоустранился, Норман мог послать запись в полицию, и тогда у них был бы мотив. Думаю, он рассчитывал, что даже если меня и не удастся засадить в тюрьму, то у меня будет достаточно проблем с правосудием, чтобы он смог оттеснить меня от управления компанией. Впрочем, даже если бы ты остался жив, если бы я просто разорвал с тобой отношения, он бы тоже извлёк из этой ситуации пользу. Он думал, что я заброшу все дела и позволю ему забрать власть в свои руки. Когда ты ушёл от меня в две тысячи шестом, всё почти так и произошло. Я полтора месяца толком не занимался работой. Я только делал вид, что живу, а на самом деле медленно умирал без тебя. Норман не мог этого знать, но он хорошо изучил меня и догадывался, что произойдёт нечто подобное. Он проделал всё настолько ювелирно, что мы не могли найти никаких указаний на то, кто за этим стоит. Десятки человек могли желать мне зла и обладать достаточными ресурсами и умом, чтобы придумать и осуществить такой план, но на Брайна я не думал. Эдер, разумеется, включил его в список, но я в это не верил. Мы всегда были хорошими друзьями с его матерью и отцом, да и с ним тоже, если не считать последних пяти лет, когда он загорелся идеей вернуть управление трастовым фондом в семью или вовсе добиться упразднения фонда.
Джейсон задумчиво слушал Астона. Он теперь лучше понимал эту игру. Многое происходило как раз так, как он и предполагал, читая новости в своей комнатке в Праге. Но то, что эта ловушка была подстроена для Дэниела, а не для него, не оправдывало действий Астона.
— Возможно, мы бы никогда не узнали, что именно Брайан это сделал, если бы не Камилла. Он рассчитывал на её молчание: думал, что она не осмелится сознаться или просто не захочет. Случись что со мной, всё состояние перешло бы детям, но, по сути дела, ей. Норман рассчитывал, что она будет только рада. От Кулхааса я знал, что это она «передала» его в распоряжение неизвестных ему людей, но она не выдавала Брайана, отмалчивалась несколько дней. Она созналась, когда в дело вмешалась полиция и возникла угроза моего ареста.
Весь предыдущий рассказ Дэниела Джейсон слушал хладнокровно, но эти слова вызвали в нём прилив злости, разочарования и чего-то похожего на ревность. Попробовал бы он «отмалчиваться несколько дней»! Астон бы ему такого не позволил. Он бы выжал, вытряс, вырвал бы из него всё. Джейсон понимал, что Дэниел не мог позволить себе обходиться с женщиной так, как с ним. Он был уверен, что Астон ни разу пальцем её не тронул. И, тем не менее, наличие у Камиллы какого-то особого иммунитета раздражало. Она могла делать что угодно: помогать злейшим врагам мужа, шпионить за ним, шантажировать охрану, строить козни вместе со своим придурочным братом, и ей всё сходило с рук.
— Что ты думаешь делать с ними? — поинтересовался Джейсон.
— С кем?
— С твоим кузеном и твоей женой, — Джейсон прямо посмотрел Астону в глаза.
— Я не могу поступить с Брайаном так, как он того заслуживает, как я поступил с любым другим на его месте. Он мой родственник, и его мать всегда была мне хорошим другом и поддерживала меня. Я не хочу, чтобы она страдала из-за него. К тому же, это поссорит меня не только с ним, а со всей семьей. Это не самый удачный вариант развития событий. Я добьюсь того, чтобы его удалили из правления под благовидным предлогом. Он помолвлен с молодой женщиной, наследницей крупного состояния. Думаю, будет справедливо расстроить их свадьбу, и я знаю, как это сделать. Брайан разрушил мою личную жизнь, я сделаю то же самое с ним, — заявил Астон. — Жаль только, что я не могу дать ему понять, что это моих рук дело.
Джейсон выжидающе смотрел на него.
— Камилла, — произнёс Дэниел. — Она, в общем-то, ни в чём особо не виновата. Она шантажировала Кулхааса, но её мотивы можно понять. К истории с поддельной записью она не имеет никакого отношения.
— Я вижу. Она полностью оправдана и прощена, — произнёс Джейсон, неприязненно глядя на Астона.
— Раньше ты не отличался мстительностью, — спокойно заметил тот.
— Возможно, напрасно. Твоя жена считает, что может вредить мне совершенно безнаказанно, — жёстко сказал Джейсон.
— Джейсон, что ты хочешь, чтобы я с ней сделал? — Поза Астона стала чуть более напряжённой. — Посадил в чулан на хлеб и воду? Развёлся с ней?
Джейсон ничего не отвечал, лишь смотрел на Дэниела своими льдистыми, сводящими с ума глазами, и в них были обида, вызов и уничижительная насмешка. Этот взгляд свысока… Астон никогда не мог оставаться спокойным при виде его.
— Каковы бы ни были наши с ней отношения, она моя жена! Она и без того со многим мирится. Нас многое связывало и связывает до сих пор. В конце концов, она мать моих детей! Я не могу причинить ей боль!
