Компания из-за соседнего столика потянулась к выходу. Сидевшая в дальнем углу парочка незаметно слиняла ещё раньше. Тарас остался в пабе один. Опасливо посмотрел на круглый пузатый стакан перед собой, сделал глоток. Оказывается, он заказал сто пятьдесят коньяка. Хотя нет, какой там коньяк! Разбавленный водой и подкрашенный спиртяка. В «Пивоглоте» подобного суррогата не держали. Собственно, в пабе крепких напитков не наливали вообще: пиво, эль, сидр. Но то в другой, исчезнувшей реальности.
Если бы этот заказ был первым, Тарас пить не рискнул бы, ушёл вслед за остальными посетителями. Но два бокала пива уже плескались в желудке. Или не пива? Точно ответить на вопрос он сможет минут через тридцать-сорок, сейчас в голове сумбур. И пока сумбур не уляжется, идти никуда не хотелось. Бармен его не торопил, видимо, рассуждал так же. Тарас осилил сто пятьдесят, заказал повторить. В итоге, когда вышел из заведения, была уже ночь. Тёплая летняя ночь южного города.
Странно светлая ночь. Её можно было бы назвать «белой», будь такие случались в здешних широтах. Луна подсвечивала небо серебром, звёзд не разглядишь. Тарас задрал голову. Осознать увиденное получилось не сразу. Луна оказалась огромной. Он попытался прикинуть, во сколько раз она ближе к Земле, чем обычно, — ведь больше означает ближе? Затем понял, что знакомые с детства пятна лунных морей исчезли, вместо них — однородная матовая поверхность. Не луна это! Стало дурно.
Нет, голова закружилась, и дурнота подкатила к горлу оттого, что слишком долго стоял, таращась вверх. И мешать пиво с коньяком не следовало, однозначно. Тарас зажмурился, силясь замедлить вращение планеты под ногами. Какой бы мерзостью ни был наполнен желудок, выплёскивать её на асфальт он не собирался.
Попустило. Теперь — домой. К счастью, от «Пивоглота» до дома недалеко, соседний квартал, через проспект и прямо. Не заблудишься, лишь бы вектор движения правильно выбрать. Тарас сосредоточился как мог и двинулся к пешеходному переходу. Идти получалось относительно ровно, почти не шатаясь. Это хорошо. Ещё лучше, что дорога пустая, машин нет. На ночь светофоры на проспекте отключали, откуда-то появлялись стритрейсеры, и преодолевать проезжую часть становилось небезопасно. Впрочем, пока что светофор работал. Красный человечек сменился зелёным, и Тарас поспешил к «зебре».
Спешить и держать вектор одновременно — плохая затея. Носок туфли зацепился за колдобину на тротуаре, и Тарас понял, что не идёт, а летит. Вернее — падает! Инстинктивно выставил вперёд руки.
Приземление получилось жёстким. Тарас зашипел от боли в сбитых ладонях, потом выругался. Прав мужик из паба, прав! Устроители концов света совсем осатанели. Поймать бы хоть одного, да рыло начистить.
Зелёный человечек на светофоре быстрее задёргал ручками и ножками, недвусмысленно намекая, что перейти на ту сторону проспекта пешеход не успеет. Однако вместо того, чтобы смениться красным, внезапно спрыгнул на асфальт и направился к стоящему на четвереньках человеку. Тарас зажмурился, потряс головой, пытаясь прогнать наваждение, — допиваться до «зелёных чёртиков» прежде не случалось. Что за гадость теперь разливают в «Пивоглоте»?
На самом деле на чёрта человечек нисколько не походил. Обычный себе мужичок, только маленький, с полметра ростом. В зелёном спортивном костюме, зелёных кедах и зелёной шапочке. Руки и лицо у мужичка тоже зелёные. Но самым странным в его облике было то, что Тарас не мог с уверенностью сказать, трёхмерный он или плоский.
— Ты кто? — спросил он у подошедшего коротышки.
Вопрос прозвучал глупо, но мужичок ответил:
— Я — проекция одного из информационных потоков мультиверсума на ваше сознание. Если это сложно для понимания, считайте меня галлюцинацией, голографической иллюзией, пришельцем из параллельной реальности или демоном. Любое из определений будет частично верным, частично ошибочным. Не суть важно, кто я. Важно, что в данный момент ваше сознание находится в фокусе информационного потока и поэтому определяет вектор перехода локальной реальности из текущего неравновесного состояния в следующее. С поправкой на причинно-следственные связи, закон неубывания энтропии и начала термодинамики.
— Чиво?
— Упрощаю объяснение. Чтобы изменить окружающий мир, сделать его более приемлемым, вам достаточно представить, каким он должен быть, и пожелать этого.
— Материализация чувственных идей? — недоверчиво хмыкнул Тарас. — Любые мои желания исполняете?
— Да, можно и так назвать процесс. Но лишь одно желание. В результате его осуществления реальность изменится, фокус информационного потока сместится. Случайности не засчитываются, для материализации вам необходимо провести определённую психическую работу. Не спешите, подготовьтесь как следует. Вы будете находиться в фокусе от пяти до двадцати суток… — человечек покосился на висящий над головами серебристый шар, исправил свои слова: — Нет, вряд ли более десяти. Текущая реальность слишком неустойчива.