Зато шумел, накатывая волны на берег, океан, — огромный, синий, ласково-тёплый, разлившийся от горизонта до горизонта. Бездонное небо кружило голову, яркая зелень пальмовых крон овевала прохладой, ослепительно-белый песок пляжей заставлял щуриться. И самое главное — рядом был Джоник! Здесь, на острове, Иринка поняла, что старинная пословица «С милым рай в шалаше» — ничуть не преувеличение. Именно так, в шалаше, вдвоём они и собирались прожить целую неделю. Что в глазах любого жителя Земли середины XXIII века выглядело абсолютно неправдоподобным. Так как полное имя Иринки было — Ирина Олеговна Мортинцева, а Джоника — Джон Дуглас Катервуд-младший. Со всеми вытекающими последствиями.
Шалаш они соорудили из прозрачного металлобрезента, обложив по верху пальмовыми листьями. Получилось шикарно: издали постройка и впрямь выглядела первобытной, при том способна была выдержать на прочность не только случайное падение на неё Джоника, но и небольшой ураган. Во всяком случае, Стефан уверял в этом, а он слов на ветер не бросал. Именно Стефан посоветовал использовать металлобрезент и сам же изготовил каркас шалаша. Затем установил рядом с шалашом миниопреснитель, вкопал в песок шланг до самого берега, и получился замечательный родничок. Развернул и активировал энергогенератор, подключил к нему всех сателлитов, проверил, как работает опреснитель, холодильник, кибер-диагност-фармацевт. Даже Иринкин коммуникатор проверил, хотя в нём-то что могло не работать?
Джоник свой комм проверять не дал. Огрызнулся на товарища:
— Слушай, Стеф, я что, сам не мог это сделать? Право слово, хватит опекать меня, как маленького!
Стефан не оправдывался, лишь плечами пожимал неуверенно. Большой, на голову выше Джоника, рыжебородый и плечистый, он выглядел виноватым, будто сделал что-то неправильное. И Иринка не выдержала, вступилась:
— Он вовсе не тебя опекает, а меня! Как старший брат. Правда, Стеф?
— Да, — промямлил парень.
И заспешил, засобирался вдруг. Десять минут — и яхта «Альдебаран» подняла якорь, двинулась из лагуны. В конце концов, Стефан выполнил то, что обещал — тайком от всего мира доставил их на необитаемый остров посреди Тихого океана. Следующей его задачей было — не мешать их счастью.
Они долго стояли на берегу, провожали яхту взглядами. Когда она превратилась в белое пятнышко у самого горизонта, и крошечную фигурку на палубе стало не разглядеть, Джоник осторожно обнял Иринку за плечи и прошептал:
— Наконец-то мы вдвоём. Я думал, не дождусь.
— Ага…
Через два часа они поссорились. Первый раз в жизни, по настоящему, до слёз. Самое смешное — из-за сущей мелочи. Джоник не сумел разрубить кокос мачете, как ни старался. А Иринка, не задумываясь, попеняла ему:
— Нечего было Стефа поторапливать! Он бы показал, как это делается. Он-то наверняка умеет.
Это не было преувеличением, в свои двадцать два Стефан в самом деле умел очень многое, в общем-то не нужное горожанину, но ох как полезное для «робинзона»! Потому что после школы он не побежал сломя голову поступать в университет, а три года ходил фельдшером-ассистентом в экспедиции: на Памир, в Гоби, сквозь Амазонскую сельву.
Джоника слова девушку ужалили, точно оса. Отбросил злосчастный орех и мачете, заорал:
— Конечно, кто бы сомневался! Так позвони ему, позови на помощь!
— И позвоню!
— И позвони!
— И позвоню!
Иринка потянулась к нашлёпке коммуникатора на виске, но вызвать Стефана не успела. Джоник оказался проворней.
— Ай!
Иринка взвизгнула от неожиданной боли. Парень резко сорвал липучку с её виска и бросился прочь. Она не смогла догнать его, отнять комм, так как не поняла сразу, что он собирается делать, дала ему фору. А он подбежал к самой воде, размахнулся и зашвырнул. Перламутровая блямба блеснула напоследок в лучах опускающегося к горизонту солнца, булькнула негромко. И пропала.
— Ты что наделал?!
Иринка тоже выскочила на берег, остановилась, вглядываясь в тёмно-синюю глубину. Джоник поступил хитро: бросил коммуникатор не в мелкую лагуну, а с противоположной стороны острова, там, где коралловая стена круто уходила в глубину. Иринка потянулась было стягивать майку и передумала — бесполезно, проще иголку найти в стоге сена, чем отыскать перламутровую блямбочку среди разноцветных кальциевых зарослей.
— Всё, теперь я точно вызову Стефана! Не хватало мне тут детского сада! — она развернулась, размашисто пошла обратно к шалашу. — Где твой комм, в рюкзаке?
Парень не отвечал, только сопел и шёл следом.
— Так где? Учти, я все твои вещи перерою, а найду! Лучше сам скажи.
Признался Джоник, лишь когда Иринка присела перед шалашом, готовая выпотрошить его до основания:
— Не найдёшь. Я комм на яхте оставил. В каюте.
— Ты забыл комм на яхте?!
— Не забыл. Специально оставил. Чтобы нам не мешали, не дёргали по каждому поводу. Хотя бы одну неделю!
Иринка выпучи глаза.
— Ну точно ненормальный! Это у вас что, фамильное? Да, отец правду говорил!
— При чём здесь моя фамилия и твой отец?