Я просто не понимаю. Зейн перестал работать допоздна со мной, видимо, потому что теперь проводит вечера с Селестой, но он все равно обращается со мной так, что я чувствую себя особенной. Мы ездили в командировки вместе в последние недели, когда он уже, наверное, встречался с ней, но наши ужины в те дни... так много прогулок по пляжу и романтических вечеров, и когда он приглашал меня в свою комнату поздно ночью...
Я не сошла с ума от этого? Я все еще держусь за это счастье, несмотря ни на что? Даже если это правда, Селеста и Зейн не могут быть вместе. Их семьи не позволят. Может быть, это просто что-то, что ей нужно пережить, и когда она это сделает, все вернется на круги своя.
Я надеюсь, что так и будет.
Я не могу потерять его, мама, но я не могу потерять ее тоже.
Я ощущаю, как ее слова режут меня все глубже, пока я продолжаю читать. Ткань на страницах пропитана ее слезами, и они сливаются с моими. Я провожу пальцами по ее словам, пытаясь мысленно вернуться в ту ночь. Мы сидели на диване, после разлуки в несколько недель. Я рассказала ей все, и она действительно умоляла меня не влюбляться в него. Напоминала мне о каждом, даже самом мелком, причинах, по которым это не могло бы сработать. Тогда я думала, что она просто переживает за меня. Я не заметила знаков. Если бы я их заметила, была бы она сейчас со мной? Смогла бы я уйти от Зейна? Или я сделала бы то же самое, что и она, и закрыла бы глаза на все?
Мой взгляд тяжело опускается на строки, мои пальцы сжимаются в кулак. Как много всего я не увидела? Как много я не спросила?
Дорогая мама,
Зейн становится все более отстраненным, и я знаю, что это из-за Селесты. Я подозреваю, что он просто ждет, когда все это между нами сгорит естественным путем, и я не знаю, как это остановить. Я не хочу, чтобы мы снова стали просто друзьями или, тем более, чем-то меньшим. Если он будет продолжать так себя вести, все будет как будто ничего и не было, и это, наверное, то, чего он хочет — забыть все, что он делал с лучшей подругой своей девушки в течение нескольких месяцев.
Я чувствую себя ужасно за то, что желаю, чтобы они расстались поскорее. Мне нужно, чтобы все вернулось на свои места. Он не может быть по-настоящему счастлив с ней, и не может сделать Селесту такой счастливой, какой она заслуживает быть.
Даже если бы я не была влюблена в него, я бы не хотела, чтобы ее высмеивала бабушка Зейна. Я не хочу, чтобы она испытывала боль от того, что не может вписаться, быть принятой. Я подумываю рассказать ей все, но она бы меня никогда не простила. Со временем реальность догонит Селесту, и она поймет, что быть с Зейном — значит отказаться от своей компании. Ее дедушка отречется от нее, если узнает.
Они не могут быть вместе, и чем быстрее все закончится, тем быстрее она сможет найти своего человека, а не цепляться за моего.
