Субботнее утро в «Драконе» началось с того, что Рианнон отозвала ее в сторону и тихонько (мистер Калверт стоял прямо за дверью) сказала:
– Сегодня звонила Хелен, просила тебе кое-что передать. Она не могла позвонить тебе домой. Боялась, что твой отец узнает. Скажи мне, у них роман? Я бы не удивилась. Представить не могу, что бы я делала, если бы была замужем за Бенни… Но она мне не говорит…
– Что она просила передать?
– А, ну да. Джо Чикаго будет у них сегодня вечером. К чему это, Джинни? Зачем она говорит тебе об этом?
– Это тайный код. Чтобы никто не догадался.
– Ну и пожалуйста, можешь не говорить. А я не расскажу тебе про Роберта.
– А что с Робертом? – спросила Джинни, хотя на самом деле ей было все равно. Может, Рианнон положила на него глаз, но это и неудивительно. Единственный, кто удивился бы такому повороту событий – это Питер. Однако она все равно решила утолить любопытство подруги. – Мы с Энди заключили пари. Я взялась узнать кое-что у Джо Чикаго. Рассказала об этом Хелен, а она согласилась помочь.
– Он тебя убьет, – жизнерадостно сообщила Рианнон. – Голыми руками. Джо Чикаго – садист. Любит жестокость. Ты рискуешь жизнью, подруга…
Оставалось решить главную проблему: как вернуться домой после визита в Портафон. Если сбежать из яхт-клуба сразу после смены, можно успеть на единственный автобус в нужном направлении, но обратного рейса уже не будет. Поезда по субботам тоже не ходят.
Придется просить о помощи. И Джинни отправилась в трейлер, чтобы поговорить с Дафиддом.
– Не хочу связываться с Джо Чикаго, – поморщился он. – И тебе не следует. Это Энди придумал?
– Нет, я сама. Тебе и не придется с ним связываться, просто будь неподалеку, чтобы я тебя нашла. И отвези меня домой. Я заплачу за бензин.
– Забудь про бензин, я могу залить бак в любой удобный момент. Во всяком случае, я на это надеюсь. А вот ты, по-моему, спятила. Во сколько тебя забрать?
За чаем папа предложил всем собраться и вечером сходить в кино, а потом заказать пиццу. Джинни презрительно поморщилась и даже не заметила. Знай она, что отец заметил эту гримаску, она пришла бы в ужас. Но они мало общались в последние недели, и Джинни совершенно перестала следить за его реакцией. В ответ на предложение она сказала, что вечер у нее уже занят, она вернется после одиннадцати. А потом просто забыла об этом разговоре.
В яхт-клубе готовились к напряженному вечеру. Энджи Лайм вытрясла наконец из поставщиков все овощи, которые могли понадобиться на кухне, в баре обновили запасы напитков, люди собирались с силами, разминались и обдумывали предстоящую смену. Атмосфера была потрясающая, и Джинни на минуту пожалела, что не может остаться и принять участие в веселье.
Она пожелала им удачи и выскользнула в дверь как раз вовремя, чтобы успеть добежать до главной дороги и не пропустить автобус. Она села впереди; заходящее солнце светило прямо в лицо, в теле постепенно скапливалось напряжение, как перед выходом на сцену. На Джинни были джинсы, кроссовки и темная футболка: все легкое, удобное, подходящее для побега или драки.
В Портафоне она вышла у гавани, миновала «Сундук Дэви Джонса», задумалась, не зайти ли за кофе, заметила внутри множество отдыхающих с гамбургерами и передумала. Сегодня здесь было много людей, в кафе, пабах и павильоне игровых автоматов кипела жизнь, но остальной город будто вымер. Когда она свернула на Юбилейную, уже смеркалось. Крыльцо Хелен было освещено, но дом казался пустым. Однако дверь открылась сразу, как только Джинни нажала кнопку звонка.
– Быстрее, – скомандовала Хелен, – иначе они тебя заметят…
Джини поспешила внутрь, и Хелен захлопнула дверь.
– Бенни и Джо ушли в паб за пивом. Потом собираются играть в карты. Ты ведь не видела Джо вблизи, да? Он такой страшный, ты и представить не можешь…
– Я его видела. И вам ничего не нужно делать. Предоставьте все мне.
– Но ты-то как поступишь?
– Еще не знаю! Но непременно придумаю. Мне ведь просто надо поговорить с ним наедине…
Они беседовали, стоя в крошечном опрятном коридоре, лампочка наверху светила прямо им в лица. Неожиданно Хелен схватила Джинни за руку.
– Идут! – прошептала она, и тут Джинни тоже услышала голоса на улице. – Наверх! Живо!
Джинни взбежала по узкой лестнице на второй этаж; за ее спиной уже поворачивался в замке ключ. На площадке она помедлила, опустилась на колени и выглянула через балюстраду. На пороге появился Бенни, потом Джо, потом еще двое мужчин. Все они говорили о чем-то на валлийском. Хелен что-то резко сказала Бенни, Джо ответил ей, заставив остальных рассмеяться. Джинни видела лицо Бенни и поняла: ему важнее быть на стороне друзей, чем заступиться за жену. Неудивительно, что та его презирала.
Мужчины прошли в гостиную. Звякнули жестянки с пивом, громко включился и тут же стал тише телевизор. Потом наверх поднялась Хелен.
– Иди сюда, – шепнула она Джинни и толкнула дверь, ведущую, как оказалось, в маленькую душную спальню, окнами выходившую на сад. Свет Хелен включать не стала; они просто сели на кровать.
– Что они там делают?
