Сердце Сорасы вновь облилось кровью.
– Я не знаю.
К ее облегчению, Мелиза перевела взгляд на морскую гладь, заслонив глаза рукой от ярких, игравших на волнах бликов солнца. Сораса снова взъерошила волосы, давая себе время на то, чтобы собраться с силами. Она старалась не обращать внимания на застрявший в горле болезненный ком.
Несколько долгих мгновений капитан хранила молчание, затерявшись в собственных мыслях. Она наклонилась вперед, подставляя лицо прохладному ветерку. Казалось, это успокаивало ее.
– Я всеми силами пыталась защитить дочь, – сказала Мелиза так тихо, что Сораса едва расслышала слова. – Пыталась сделать так, чтобы она была счастлива в родном доме.
– Корэйн не из тех, кто может долго сидеть на одном месте, – не подумав, ответила Сораса и тут же поморщилась. Она не имела права объяснять матери, кем была ее дочь. Кем ее дочь
Но Мелиза не рассердилась, даже не опечалилась. В ее темно-карих глазах плескался исходивший изнутри свет, подобно волнам за бортом ее корабля.
– Спасибо тебе, – сказала она.
Эти слова озадачили Сорасу, но она ничем не выдала своего удивления, сохранив непроницаемое выражение лица.
– Ты стала ей матерью, когда я не могла быть рядом, – пояснила Мелиза и бросила быстрый взгляд через плечо. Туда, где стоял бессмертный истукан. – А он, похоже, заменил ей отца.
– Спасая жизнь Корэйн, я спасаю свою собственную, – резким тоном сказала Сораса. – Больше меня ничто не волнует.
Ее слова развеселили Мелизу. Она широко улыбнулась и едва слышно рассмеялась. Это был мелодичный звук, но в нем все равно проскальзывали мрачные нотки. Сораса вдруг поняла, как эта женщина стала королевой пиратов Долгого моря.
– Тебя многому научили в твоей Гильдии, амхара. Но так и не научили любить, – сказала Мелиза, и в ее глазах снова засиял внутренний огонь. – Я вижу, что ты все еще пытаешься освоить этот урок.
Резким движением Сораса оттолкнулась от перил корабля и сжала губы в тонкую линию.
– Держим курс на Леккору, – выдавила она, отвернувшись от Мелизы.
– Держим курс на Леккору, – эхом отозвалась капитан за ее спиной.
По мере того как они отдалялись от Аскала, небо становилось все чище и чище, пока над их головами наконец не раскинулась бескрайняя голубая бездна, освещенная мягким золотым солнцем. Сораса купалась в его лучах. Тяжело выдохнув, она почувствовала, как тугой узел напряжения у нее в груди немного ослабевает. Он не исчез насовсем. Хотя они вырвались из-под контроля Таристана, над ними по-прежнему нависала опасность.
Как и обещала Мелиза, в гавани Лекорры у них не возникло особых проблем, хотя портовые инспекторы тщательно обыскали корабль и внимательно изучили документы капитана. Сораса и Дом тихо лежали под фальшивыми половицами нижней палубы, отсчитывая секунды до того момента, когда инспекторы уйдут и «Бурерожденная» благополучно бросит якорь в порту.
Дом остался на корабле. Замаскировать Древнего ростом в шесть с половиной футов было невозможно. К тому же он наотрез отказывался менять что-то в своей внешности.
Сораса чувствовала себя свободнее. Пусть ее затененное лицо и было изображено на плакатах с надписью «разыскивается», она умела не попадаться на глаза полицейским и обладала обширным опытом в анонимности. Кроме того, Лекорра хоть и была в два раза меньше Аскала, она представляла собой большой людный город. Сораса легко скрылась в нем, оставив Дома мерить шагами палубу «Бурерожденной».
Этот древний город был прекрасно знаком ей, и она без труда выбирала наименее оживленные улицы. В Лекорре все осталось по-прежнему, если не считать зеленых флагов Галланда, которые развевались над сискарийскими знаменами, демонстрируя власть королевы-завоевательницы. Сораса внимательно прислушивалась к разговорам, сидя в углу темной таверны или прижавшись к стене узкого переулка. Между тем она методично запасалась припасами для грядущего путешествия, куда бы оно их ни завело.
Наконец она вернулась к кораблю и в одно мгновение взлетела по веревочной лестнице, желая как можно скорее перемахнуть через перила и оказаться на палубе. Дом уже ждал ее. Капюшон скрывал его лицо от лучей заходящего солнца.
– Узнала что-нибудь полезное? – спросил он, забирая добычу из ее рук.
Сораса вручила ему часть того, что ей удалось достать: несколько бурдюков, точные карты Оллварда, катушку ниток и хорошую швейную иглу. Что же до весьма ценных трофеев, полученных во время удачного набега на лав-ку фармацевта, то они были припрятаны в мешочках у нее на поясе.
– Чего я только не узнала, – фыркнула она. – Королева умерла. Королева жива. Принц Таристан захватил трон. Кузен королевы, жаждущий свергнуть ее с престола, заплатил убийце-амхара за ее голову.
Последний слух вызвал в душе Сорасы раздражение. Убийцы делали свое дело не ради того, чтобы прославиться или оставить свой след на страницах истории. Они служили одной лишь Гильдии, которой принадлежали как их имена, так и все воспоминания о них. Но, несмотря на это, ее злила мысль, что лорду Кониджину приписывают
