Эрида почувствовала жжение в глазах. Она вглядывалась в город Древних так пристально, что даже перестала моргать.
Кожа ее лица, скрытого за вуалью, и затянутого в доспехи тела отчаянно зудела. Ей казалось, что в плоть впивается тысяча крошечных крючков, каждый из которых едва ощутимо обжигал ее, призывая спускаться по каменистому склону все быстрее и быстрее. И по мере того, как она приближалась к Айоне, они становились все настойчивее. Эрида пришпорила лошадь, вынуждая ее ускорить шаг.
Кобыла вела себя на удивление беспокойно. И Эрида не знала, в чем дело. Возможно, животное чуяло в ней демоническое присутствие или, быть может, просто ощущало запах парившего над горами дракона.
Таристан оставил ее в обществе военных командиров. Под покровом ночи он ускакал прочь в сопровождении Ронина и армии мертвецов, следуя собственному тщательно продуманному плану. Раньше она бы испугалась за него или с недоверием отнеслась к выбранному им пути, но Тот, Кто Ждет ничего не боялся. Его присутствие успокаивало и внушало уверенность. Поэтому Эрида тоже ни о чем не волновалась.
Кроме того, уже совсем скоро им предстоит воссоединиться и вместе отпраздновать победу.
К радости Эриды, лорд Торнуолл с ней не разговаривал. Лорды вообще предпочитали держаться от нее на расстоянии, поэтому она скакала в окружении рыцарей Львиной гвардии и наслаждалась приятным коконом тишины. Она была довольна своим одиночеством, потому что устала возиться с этими знатными слабаками, готовыми в любой момент обмочиться от страха.
Эрида презирала их. «Мы командуем самой огромной армией во всем Варде. Мы больше никогда ничего не должны бояться».
Лорды перешептывались об Аскале, но она их не слушала. Все ее внимание было сосредоточено на том, что ждало их впереди.
Этим утром разведчики доложили об оборонительных сооружениях, защищавших Айону. И сейчас, спускаясь по склону горы, Эрида видела их собственными глазами. Она едва не рассмеялась, пока разглядывала узкие рвы, тянущиеся по обе стороны от городских ворот. Она сомневалась, что им удастся хотя бы замедлить продвижение ее армии, не говоря уже о том, чтобы радикально изменить ход битвы.
Несмотря на то что за плечами Эриды были война с Мадренцией и завоевание южных королевств, ей никогда прежде не доводилось видеть поле боя, подобное этому. Двум армиям предстояло занять места на противоположных его концах, отделенных друг от друга огромным пространством бесплодной земли. Пока ее солдаты маршировали вперед, следуя за капитанами и офицерами, один из стражников отвел лошадь Эриды на возвышение, с которого хорошо просматривалась вся долина.
Над холмом уже реяли флаги Галланда. Под ними собрались все военные командиры под предводительством лорда Торнуолла. Он выглядел совсем не примечательным по сравнению с дородными лейтенантами и знатными лордами в тяжелых доспехах, но Эрида знала, что ее военачальника нельзя недооценивать.
Никто не спешивался, поэтому Эрида тоже осталась в седле, пристроив лошадь рядом с Торнуоллом. Зеленая мантия, украшенная по подолу узором из роз, струилась по ее спине и лошадиному крупу. Ее доспехи были менее изящными и гораздо более тяжелыми, чем она привыкла. Тускло мерцавшая сталь сковывала тело, но Эрида была вынуждена заплатить эту цену, если хотела следить за битвой вблизи. В подобных условиях роскошная позолота и изящная корона были бесполезны и неуместны.
– Всем встать в строй, – скомандовал лорд Тор-нуолл.
Солдаты тут же выстроились в бесконечные ряды. Пехотинцы отступили назад, позволив тяжелой кавалерии занять места в авангарде.
Это было величественное зрелище, и у Эриды на мгновение перехватило дыхание.
– Великолепно, – выдохнула она.
Торнуолл, восседавший на лошади рядом с ней, не мог не согласиться. В его глазах зажглось пламя войны.
Над их головами пролетел дракон, и его покрытое драгоценной чешуей тело окатило их волной жара, словно из огромной печи. Он издал пронзительный крик, похожий на клекот хищной птицы, и образовал поток зловонного ветра. Флаги отчаянно затрепетали, а командиры в седлах пригнулись. Вздрогнули даже рыцари Львиной гвардии. Одна лишь Эрида не согнула спины, нисколько не испугавшись Веретенного чудовища.
Отныне дракон подчинялся ее мужу.
«А Таристан подчиняется мне».
Хотя Эрида твердо верила в супруга и Того, Кто Ждет, ее вдруг охватил приступ тоски. Она прищурилась и снова обвела глазами ту часть долины, которая граничила с озером, пытаясь разглядеть хоть небольшое темное пятнышко. Но все ее попытки были тщетны. Либо Таристан и Ронин очень хорошо спрятались, либо они уже спустились в туннели, которые пролегали под городом, словно черви, поедавшие труп изнутри.
Она вздохнула, всем сердцем желая успеха супругу.
Айона показалась ей еще меньше, чем несколько часов назад. Она выглядела слишком неприметной, чтобы стать трофеем для возродившейся императрицы.
«Дело не в городе, – знала Эрида. – А в девчонке, которая скрывается внутри его. Корэйн сейчас в Айоне, а значит, и Веретенный клинок тоже».
