Городские ворота открылись, изрыгая поток воинов, которым предстояло защищать Айону. Их армия была более внушительной, чем само поселение. Эрида хотела бы им посочувствовать, но она не испытывала ничего, кроме отвращения к солдатам, выступавшим против нее. Исход боя был предрешен заранее, и они собирались отдать свои жизни впустую.
– Не меньше десяти тысяч, – пробормотал Торнуолл, отвечая на вопрос одного из лейтенантов, который Эрида не расслышала. Она перевела взгляд на военачальника и внимательно изучила его хмурое лицо.
Торнуолл не излучал привычного энтузиазма, и свет в его глазах слегка потускнел. Вид военачальника озадачил Эриду. Поле битвы было единственным местом, где Торнуолл чувствовал себя в своей тарелке, и к каждому сражению он подходил с упрямой решительностью. И все же сейчас его взгляд был мрачен, а губы сжаты в жесткую линию.
– Десять тысяч солдат. – Эрида рассмеялась за своей вуалью. «Это меньше двух легионов». – Мы сокрушим их.
Большинство командиров усмехнулись, соглашаясь с королевой, хотя их улыбки выглядели несколько фальшиво.
Торнуолл сохранял серьезность.
– Десять тысяч воинов под флагами Айбала и Кейсы, – проговорил он резким тоном, указывая на выстраивающиеся на поле армии.
– Ни Айбал, ни Кейса не пугают меня, милорд, – холодно сказала Эрида.
Ответ королевы ничуть не смутил его. Лицо военачальника приобрело почти такой же алый оттенок, как и небо над их головами.
– Не говоря уже о том, что среди них есть некоторое количество Древних. Они будут укреплять центральную линию обороны.
Королева Галланда потянула лошадь за поводья, заставив ее сделать несколько шагов – так, чтобы посмотреть Торнуоллу прямо в глаза. Он ответил ей решительным взглядом. Хотя он был довольно щуплым человеком, Эрида никогда не обращала на это внимания.
До настоящего момента.
– Древние тоже не внушают мне ужаса, – прошипела она. – Неужели они страшат вас, лорд Торнуолл?
Эрида нацелила это оскорбление, словно метательное копье, прямо в его сердце. Командиры переводили изумленные взгляды с королевы на ее военачальника. С тем же успехом Эрида могла пронзить его грудь стальным лезвием.
Торнуолл изогнул губы, и Эрида подумала, что он вот-вот произнесет слова, которые можно будет расценить как государственную измену. Вместо этого он поклонился – насколько это было возможно, не спешиваясь с коня.
– Нет, Ваше Величество, – пробормотал он.
– Вот и хорошо, – отрывисто произнесла она. – В таком случае продолжайте. Отдайте войску приказ начинать атаку.
Эриде понадобилась вся ее сила воли, чтобы усидеть в седле. Она была рада, что перчатки скрывают костяшки ее пальцев, побелевшие от усилия, с которым она сжимала поводья. Кольчуга и стальная броня душили ее и казались якорем, который удерживает на месте. Ей было непривычно носить броню вместо юбок и платьев и выглядеть настоящей воительницей, а не королевой. Невидимые крючки снова впились в кожу, а под ногами разлился незримый речной поток. Они подталкивали ее вперед, выражая вечное нетерпение Того, Кто Ждет.
Однако Эрида не двигалась с места. Она наблюдала за танцем двух драконов, сцепившихся в поединке. Ничего подобного не случалось уже многие сотни лет – с тех пор как минула эпоха Веретен. Если Тот, Кто Ждет и знал, откуда явился второй дракон, Он не передал это знание ей. Хотя Эрида отчетливо чувствовала Его ненависть. Она сочилась из ее пор всякий раз, когда голубой дракон взмахивал крыльями.
Эрида не знала, куда обратить взор: на драконов, извергавших друг на друга потоки пламени, или на поле боя, где разворачивалось сражение. Ее армия была подобна приливной волне, разбивавшейся о безжалостный берег.
Каждый раз, когда новые кавалеристы заполняли бреши в линии наступления, начиная новую атаку, горло Эриды сжималось. В какой-то момент она даже испугалась, что вот-вот задохнется. Снова и снова она молилась, чтобы ее солдатам удалось прорвать оборону Древних. Чтобы хотя бы один из бессмертных допустил ошибку и отступил.
Но этого не происходило.
Эрида оскалила зубы. Тот, Кто Ждет шевелился в теле, наполняя вены ядом и еще больше распаляя своим гневом ее ярость.
«Равновесие, – повторяла она самой себе, сжимая поводья. – Сохраняй равновесие».
– Линию их обороны не прорвать, – пробормотал Торнуолл, а затем наклонился к одному из лейтенантов: – Отдайте кавалерии приказ возвращаться на исходные позиции. Пусть лучники прикроют отступление.
Эрида вспыхнула от гнева.
– Отступление? – резким тоном переспросила она. – Лев никогда не отступает.
– Я имел в виду, что нам нужна перегруппировка, – быстро исправился Торнуолл. – Мы пустим в ход пехоту.
Галлийская армия пришла в движение, следуя приказам Торнуолла, и войско Айоны ответило тем же. Древние, которые явно превосходили смертных по силе, отошли назад, унося пики с собой. Казалось, что стальной лес пришел в движение. Отодвинувшись на несколько ярдов, они снова заняли позиции.
Невидимые крючки впивались в кожу Эриды едва заметно, но неустанно, продолжая тянуть ее вперед.
«Уже совсем скоро», – сказала она самой себе и существу внутри ее.
