Выговорившись, принялась активнее сопротивляться, извиваясь и брыкаясь, чтобы вырваться из этой обжигающей ловушки. Спина нещадно взмокла, по лицу и позвоночнику катились крупные капли пота, а липкие пряди тонкими змейками облепили лоб и щёки.
Аррон ослабил хватку, но не отпустил. Словно ждал чего-то ещё.
Я извивалась, как пойманная змея, а он смотрел на меня каким-то странным, непонятным взглядом. Словно видел меня впервые.
Или что-то искал в моём лице, в моих глазах.
— Да отпусти ты меня наконец! — выкрикнула, срывая голос и усиливая сопротивление, хотя умом понимала, что физически не справлюсь с его первобытной, звериной мощью.
Вместо того чтобы подчиниться, Аррон рвано выдохнул и резко притянул меня к себе. Ладони переместились: одна обвила мою талию, другая легла на затылок.
Лицо оказалось прижато к его груди, и по ушам ударил бешеный стук его сердца! Быстро, неистово, как после долгого бега.
А потом медленно, постепенно, оно начало успокаиваться.
Мир вокруг будто сжался до размеров этого маленького пространства между нами. Звуки просыпающегося утра растворились в тишине.
Время замедлилось, растянулось, и несколько секунд показались мне невыносимо долгими.
Я не сопротивлялась.
Не могла.
Что-то внутри — то самое предательское, нелогичное, иррациональное чувство заставило меня замереть и просто слушать.
В памяти невольно всплыли образы из прошлого.Как я любила засыпать, положив голову ему на грудь, и биение его сердца было для меня лучшей колыбельной. Как он обнимал меня ночами, защищая от нового и чуждого мне мира. Как в его объятиях я чувствовала себя в безопасности.
Давно, в другой жизни, когда ещё верила в любовь и счастье между нами.
Болезненные воспоминания, как удар хлыста, вернули меня в реальность.
Что я делаю?
Как могу позволять этому чудовищу даже прикасаться ко мне после всего, что было? После всех слёз, всей боли, всего унижения?
Ярость и стыд вспыхнули во мне ярче прежнего. Собрав все оставшиеся силы, я резко оттолкнула его, используя момент его расслабленности, и вырвалась из объятий.
Аррон подался вперёд с недовольным рыком, явно намереваясь снова сграбастать меня как трофей, но тут произошло нечто странное!
Невидимая сила с огромной мощью отбросила его назад. Большой и мощный дракон отлетел на несколько шагов, с трудом удержав равновесие, и застыл, изумлённо глядя то на меня, то на пространство между нами.
Бежать!
Не медлить!
“Лиза, блин! Быстрее!” — взвыло обескураженное подсознание.
— Надеюсь, Аррон, это последний раз, когда я тебя вижу, — выкрикнула я, не давая себе времени разобраться в произошедшем. — Убирайся!
Не дожидаясь ответа, я развернулась и бросилась к воротам, распахнула калитку и влетела во двор, захлопнув обманчиво тонкую створку с такой силой, что петли жалобно скрипнули.
За спиной послышался жуткий, леденящий душу драконий рёв. Похоже, вторая сущность мужа оказалась крайне недовольна.
Плевать.
Всё моё внимание сейчас было приковано к экономке Кларе, что вовсе не спала в своей кровати, а одетая стояла на дорожке с непривычно сердитым лицом:
— Ты хоть понимаешь, что едва не натворила, Елизавета?
Внутренний голос требовал немедленно оглянуться, ожидая, что в любую секунду разгневанный Аррон придёт в себя, ураганом снесёт ворота и вторгнется на территорию лорда Соррэна.
В ушах шумела кровь, несущаяся по венам, а дыхание всё никак не могло восстановиться, и я согнулась пополам, вдыхая воздух ртом и выдыхая носом.
Исподлобья заметила, как Клара, сурово поджав губы, подняла над головой какую-то многогранную пластину, и по её руке от плеча до ладони стекли магические нити, слегка просвечивая сквозь одежду. Магия накапливалась в многоугольнике и оттуда лучом выстрелила в сторону ворот, растекаясь по ним привычной мерцающей защитой.
Подождите-ка… Когда я спешила к Хелене, я её не видела. Ворота были тёмными.
Неужели…
Не дав мне опомниться и додумать вспыхнувшую огоньком мысль, Клара принялась сердито выговаривать, как учитель нерадивой ученице:
— Горе ты моё луковое, Лиза! А казалась такой умной мисс. Да не бойся, не сунется сюда этот ирод!
“Точно?” — едва не ляпнула я вслух, но вовремя прикусила язык.
Зато экономку было уже не остановить:
— Вот что бы ты делала, если б не моя бдительность? Нет, молчи, деточка, сама отвечу! Ты бы не стояла сейчас передо мной, дурёха бестолковая!
Меня потихоньку начал отпускать адреналин. Ноги стали ватными, и мне пришлось потрудиться, чтобы сохранить равновесие и не упасть. Дрожь накатывала волнами, проходила по всему телу, но я не понимала до конца, почему Клара так взбеленилась!
А она уже вошла во вкус, сверкая глазами и размахивая руками:
— Что тебе говорил лорд Соррэн? Грейся на солнышке и не ходи без причины за ворота! А ты чего удумала? Что за ночные побеги?
Несмотря на суровый и воинственный вид миссис Версы, в её голосе звучала такая искренняя тревога, что я растерянно замотала головой, пытаясь собраться с мыслями:
— Подождите и перестаньте меня ругать! Я вам не школьница, которую вы поймали в туалете за курением.