— Тетя Надя! — запищала она. — Смотри, какой у меня свитер!
— Классный, Люсь, — улыбнулась я.
— А что ты привезла?
Сашка ругался каждый раз, но я не могла не побаловать племянницу и всегда привозила полные пакеты еды и всего на свете.
— О, Баба-Мороз пожаловала, — беззлобно проворчал Сашка, спускаясь с крыльца. Он чмокнул меня в щеку, царапая короткой щетиной, и устало улыбнулся. — Шашлыки уже готовы к запеканию.
— Ням-ням, — попыталась улыбнуться я, и мне даже удалось.
Погода стояла солнечная, теплая, безветренная. Самое то, чтобы посидеть у костра и поесть мяса. Пока Сашка таскал пакеты из багажника, я бросала на него взгляды. Зарос, похудел… Он был младше меня, но выглядел, как старший брат всегда.
— Я в порядке, — поймал он очередной мой взгляд. — Сканируешь снова…
— Ну а кто ещё, Саш? Ты похудел будто…
— Немного…
— Вам хватает денег?
— Хватает, — усмехнулся он. — Я подцепил что-то, переболел недавно…
— А почему не сказал? — возмутилась я. — Люда как?
— Люся нормально.
— Папу в больницу забирали, — наябедничала Люда, вытаскивая из пакета гостинцы.
— Блин, Саш! — воскликнула я громче, чем нужно было.
— Справились, Надь, — проворчал он. — На пару дней всего закрыли. А Люся любит с соседскими девчонками оставаться, они часто вместе ночуют. Нет проблем.
— Давно?
— Пару недель назад. Шашлык мне уже можно. Выдыхай.
— Звони мне в следующий раз, ладно?
— Чтобы ты начала нервничать, но не могла при этом приехать? Перестань. Чаю налить?
— Налить. И я бы приехала.
— Та я знаю.
Я съежилась в кресле, пока Саша ставил чайник. И что я так переполошилась, действительно? Ничего же не случилось такого, но меня аж потряхивало, когда я представляла, что Сашки вдруг может не стать. А, может, я так хватаюсь за возможность отвлечься от собственного кошмара, что с удовольствием бы погрузилась в чужой?
— У тебя что случилось? — обернулся брат.
— Помнишь, я рассказывала про отдел, в который меня периодически приглашают от случая к случаю?
— Конечно. Тебе там нравится.
— Меня пригласили в штат.
— Это же хорошо? — осторожно улыбнулся он.
— Я сначала думала, что да. Но теперь все кажется какой-то лажей…
— Жаль, ты не пьешь сегодня.
— Ты тоже.
— Рассказывай…
И я рассказала Сашке про нового токсиколога, который настолько въедливый и назойливый, что работать с ним — за гранью моих возможностей.
— Слушай, ну, может, он освоится, и сработаетесь? Первый день, стресс у вас обоих. Он не привык работать с кем-то в паре — это понятно…
— Почему?
— Ну, это очевидно из каждого предложения твоего рассказа о нем. Не умеет выстраивать коммуникации, общаться с пациентами, нервный… Научись ты все это воспринимать, как его неотъемлемую часть, а по сути — его слабость, тебе будет проще с ним работать. Он — своеобразный инвалид, Надь.
— Осталось пожалеть, — проворчала я.
— Сделать своей силой. Ты понимаешь, что ему плохо, неуютно, непривычно. К нему предъявляются высокие требования, и единственная, на ком он может отыгрываться — ты.
— Вообще, у меня такое подозрение, что мы с ним свою миссию уже отыграли, — вздохнула я.
— Как это?
— Сложно, — отмахнулась я. — Но если коротко — прикрыли задницу главного в его деле, и на этом, скорее, всё…
— Посмотришь, — пожал Саша плечами. — Надь, все, что делается — к лучшему. Я в этом уверен. Сколько раз мне казалось, что все как-то не так складывается, а потом видел картинку целиком и понимал — так лучше. С той же Машей… Как меня плющило от её ухода, а теперь я понимаю, что она всё равно бы ушла, рано или поздно. Но если бы ушла позже, Люське было бы тяжело. А так — она её даже не знает…
Такое себе «лучшее». Но Саша прав — нужно найти хоть что-то хорошее во всем происходящем. К примеру, Бесовецкий меня отвлекал от боязни собственного мужа. Все мои мысли были заняты им последние сутки.
Н-да…
— Чёрт, как же хочется выпить, — усмехнулась я.
— Иногда это единственное, что у нас есть позитивного из всего, что происходит… К сожалению.
— Просто иногда это все, что решаешь ты сам — напиться тебе или нет, — неудачно пошутила я.
Саша настороженно на меня посмотрел.
— Что, совсем со своим мудаком не живешь? — спросил тихо.
— Я бы с удовольствием перестала с ним жить, — потеряла я бдительность.
— Разводиться думаешь? — подобрался брат.
— Думаю, но мы пока обсуждаем, как все наладить, — соврала я. — Не хочу о нем. Давай чаю…
Сашу моя ложь не убедила, но расспрашивать дальше он не стал. И вечер, наконец, дал шанс немного согреться…
Мы бродили с Питером по территории клиники и ждали Князева. Уже стемнело, и в парковой зоне загорелись фонари, подсвечивая пушистые елки разными лампочками. Было тут, где побродить туда-сюда и просто послушать город. Как же сочно он звучал…
Только я ловил себя на том, что привычно осматриваюсь по сторонам — слежу за фигурами поблизости, всматриваюсь в лица, считываю язык движений, анализирую запахи. Я уже не мог по-другому. Даже в лесу в полной тишине не чувствовал себя в безопасности. Больше. Люди совершенствуются в своих охотничьих навыках, к сожалению.
Я усмехнулся своим мыслям и огляделся в очередной раз.
