Но Арора не прислушивалась к советам. Говорила, что пусть лучше её убьют, чем она будет жить под землей. Марлен считала это блажью — она сама бы где угодно жила, лишь бы не под контролем ящерров.
Но Вира говорила, что люди вправе самостоятельно решить, как распоряжаться своей свободой и до какой меры ею рисковать, а потому-то главнокомандующие станций, посовещавшись, пришли к выводу, что нужно выработать определённую схему, чтобы защитить этих солнцелюбивых дураков: как только на станцию приходила информация о готовящейся ящщерами облаве, из станции выезжали специальные загоны и помогали людям, проживающим снаружи, спрятаться.
Марлен в вылазках редко учувствовала, но, когда дело касалось Ароры… То ли любовь к подруге, то ли чувство вины, но для Марлен благополучие Ароры было одним из ключевых факторов её собственного благополучия.
А потому лисице хотелось лично проконтролировать процесс эвакуации людей. Она села в авто, и двинулась в серую зону, к подруге.
На улице было жарко, но журчащая невдалеке речка будто уравновешивала эту жару, успокаивала её.
Выбравшись из авто, Марлен ощутила, как в лицо ударила волна теплого летнего воздуха, и услышала пение птиц. Подумала, что, возможно, солнцелюбы, как их презрительно называли люди на станции, не так уж и неправы, ведь жить в таком месте — это, наверное, такое удовольствие. Вдруг, повышенный риск быть пойманным того стоит?
Присутствию командующей многие удивились. Три небольших домика, что расположились на расстоянии двадцати метров друг от друга, тоскливо жались к подпирающим их деревьям. Домики было необходимо уничтожить. Шесть солдат, что прибыли на воплощения сей миссии, почтительно кивнули Марлен.
— Здравствуйте, командующая. Мы уже приступили к работе.
— Хорошо. Не волнуйтесь, я здесь по личным делам, вмешиваться не буду, так что продолжайте свою работу. Где Арора Дайриве?
— Не зная, мы её не видели, её дом пуст. Остальные две семьи уже перевезены.
— Плохо. Ладно, припугните их там по дороге, может, поумнеют и переедут на станцию.
— Будет сделано.
Марлен осмотрелась. Солдаты уже приступили к работе, а ей было неспокойно. Марлен подошла к авто, и застыла, осматриваясь.
Ей что-то не нравилось.
— Ей, солдат, — крикнула Марлен. — Не затягивай там с работой, хорошо?
— Конечно, командующая.
Он как раз перекрывал электричество во втором доме.
— И как только будут новости от Дайриве — сразу мне доложите. И…
Договорить Марлен не успела. На горизонте показался атакующий самолет терциев. Ловушка!
Погоня
— Быстро в авто! — закричала Марлен солдатам, юркнув в салон.
Времени у них было ничтожно мало. Если не доберутся до катакомб до прибытия ящерров— станут прямой мишенью для терциев. Снаружи земные люди — не более чем пушечное мясо. Никакая оборона не выстоит против ящерриных пушек.
Марлен завела шину и рванула к катакомбам. В ушах стоял звук вертушек. Посмотрев на экран, лисица емко заматерилась: твою мать, шесть самолетов, и еще шесть дорожных авто непонятной комплектации. Они что, рассчитывают Виру, или на худой конец Ярмака сегодня поймать?! Ради кого весь сыр-бор!?
Легкая волна паники подкатила к горлу. Нехорошее предчувствие прогрессировало. Могут ли они знать, что она, Марлен, здесь? Не могут, откуда бы им знать?!
Как же Марлен их всех ненавидела! Их, ящерров! Она поднажала на газ, балансируя на грани дозволенного. Её машина, хоть и была рассчитана на лесную местность, то и дело куда-то срывалась: то на повороте чуть в дерево не врезалась, то не чуть на загрузла на мелкой дождевой воде.
Лисица по-прежнему боялась. Она уже была гонщицей города Мыслите, была развращенной игрушкой Догана, и ей НЕ понравилось. Теперь она — командующая. Лучше умереть, чем угодить в ловушку еще раз. Небеса, как же страшно, но лучше умереть!
Тем временем, самолеты уже кружили над её головой, а машины были всё ближе. Марлен одного не понимала — почему не атакуют, ведь могли бы уже сбить её.
Не атаковали. У Марлен не было времени анализировать их действия — она подобралась к одному из въездов в катакомбы. Юркнула во тьму, и сразу ощутила себя укрытой невидимым щитом безопасности. Вот теперь-то наши шансы равны, подумала.
За ней в погоню кинулись три авто. Два из них она сразу загнала в ловушку, но третье авто…
Марлен еще не доводилось соревноваться с ящерром, который бы умел так хорошо ориентироваться в неизвестной местности, в полумраке. Все ловушки, в которые она пыталась спихнуть ящерра-гонщика, тот успешно игнорировал, каждый раз сокращая между ними расстояние.
В какой-то момент Марлен запаниковала. Погоня длилась более часа, но авто противника никак не отставало. Лисица выдохлась. Лисица не знала, что делать. Её пугало это незнание, ведь она в катакомбах, что ассоциировались у неё с победами, с уверенностью. Бояться здесь — это казалось почти противоестественным.
— Да кто ты такой! — закричала Марлен, резко юркнув в ущелье.
И ощутила, как тело бросило в дрожь. Там, где всегда можно было срезать, оказался тупик. Как такое возможно?! Откуда здесь тупик?!
