- Слушай, у тебя это часто вообще бывает? – Кастиэль тут же очнулся от своих мыслей, растерянно смотря на Дина, что стоял прямо перед ним и невозмутимо пил горячий кофе. Он заглядывал Кастиэлю в глаза и явно насмехался, хотя лицо его было скорее любопытствующим. Кастиэль покраснел слегка и помотал головой – не к чему изображать психически больного, честно говоря. Он вдруг прикинул, что за это время, что он простоял так, Дин успел смотаться на кухню и сделать кофе, благо растворимый.
- Из-за отца началось, - Кастиэль провел по волосам, не зная, как еще сказать, что он на самом деле не такой больной, как кажется. Дин кивнул и показал ему на одинокую кружку на табуретке, что стояла рядом с диваном. – Знаешь, я наверное лучше вещи разложу, - сдал назад Кастиэль, понимая, что не готов сейчас к вечерним посиделкам. Он так и не разобрался в себе, а особенно – в Дине. Но если что, он скорее согласиться, чем подумает. Кастиэль, в отличие от Дина, умел жалеть и корить себя за каждый проступок, что совершал в прошлом.
- Не буду я тебя насиловать, - отмахнулся от него Дин, падая обратно на диван. – Не хочешь кофе – и не надо, - и отвернулся к своему журналу, чрезвычайно внимательно исследуя бедра какой-то блондинки. Дина, казалось, невозможно было предсказать.
Кастиэль сдался. В основном потому, что просто хотел кофе – ему предстояла домашка на десяток страниц, да еще и коробки, которые хотя бы не должны были мешать проходу.
- Только из-за кофе, - предупредил он Дина, аккуратно присаживаясь на край дивана. Диван под ним даже не прогнулся: плохо было дело. Раньше он хотя бы был в теле, не сильном, но привлекающим в теории, а сейчас мог привлечь только собаку… костями. И ведь вряд ли это все из-за того, что он попросту мало ест – он всегда мало ел. Но бесконечные переживания, которыми он себя изводил…. Причина была именно в них. – Ты разве не…
- Что? – с любопытством повернулся к нему Дин. Он облокотился спиной о подлокотник дивана и сел лицом к Кастиэлю. Так ему было удобнее наблюдать все смущение Кастиэля в попытке произнести это слово вслух. – Симпатичный и обаятельный парень? О да, - Кастиэль кинул в него подушкой. Постель была не застелена, а диван собран – как будто Дину и так хватало места спать.
- Я не это имел в виду, и ты это прекрасно знаешь, - Кастиэль погрел руки о горячую чашку. Она была симпатичной, с какими-то рисунками в виде комиксов. Когда-то отец притаскивал ему пару номеров, приходя с работы. Это было очень давно. – Почему ты… этот журнал…
- А почему бы и нет? – Дин удивился так искренне, что у Кастиэля от осознания собственной тупости зубы заломило. Он засуетился и собирался встать с дивана, чтобы тут же уйти – его же разыграли, как маленького, когда Дин продолжил. – Было время, когда я спал с каждой симпатичной девчонкой в баре. Лет в восемнадцать.
- А сейчас? – отказываясь смотреть на Дина, спросил его Кастиэль.
- А сейчас они мне надоели. Они хороши, пока не лезут с этими признаниями и романтикой. Как представлю, что за ней еще и ухаживать надо, так теряю всякое желание, - Дин ответил, пожалуй, слишком прямо. То был поздний вечер, время, когда волей-неволей вырываются самые откровенные признания. Ведь вечер – это их время.
- А парни не заслуживают романтики? – неожиданно вспылил Кастиэль. Он никогда не замечал в себе дикого желания быть объектом восхищения, но он с таким же восхищением смотрел фильмы «День Святого Валентина» или «Реальную любовь», как и большинство девушек. И для него это было вполне нормально. Он, конечно, еще не встретил того, с кем согласился бы на романтику – не огромных медведей и слезливые валентинки, а на действительно неожиданные знаки внимания. На звонки и маленькие сюрпризы. На надписи на асфальте, которые нужно писать так, чтобы никто не запалил. Все это с долей какого-то чувства, а не стереотипно. Может, он этого хотел потому, что больше всего боялся однажды оказаться вне мерок общества вообще. Он просто хотел быть нормальным в мерках своей ненормальности. – Можно прийти, потрахатся и уйти? Так, что ли?
- С большинством так и получается, - ничуть не колеблясь, сказал Дин. Не было никакого сомнения, что он говорил не просто так, а имея какой-то опыт за плечами. Об этом опыте было противно думать. Да, Кастиэль и сам порой проводил время в колледже именно так, но это подростки, которые попросту не знают, зачем нужна взрослая жизнь. – Мало кто реально думает, что сможет строить отношения так.
- Почему? Что в этом такого?
