Я еще сильнее кусаю губы в ожидании второго сообщения.
– «Значит, ты променяла меня на него? Не могу в это поверить. Ну что ж, надеюсь, ты сейчас с ним развлекаешься, пока я здесь схожу с ума».
Слышится прерывистое дыхание, затем снова говорит автоматический голос, и как в оцепенении я нажимаю отбой.
Адриан мрачнеет.
– Она не самая большая твоя поклонница, – признаюсь я. – Но это только потому, что…
– Кому еще ты все о нас рассказала? – прерывает он меня.
У него в голосе такой упрек, что я растерянно лепечу:
– Только Мелли и Лорну – он мой друг и коллега. Они никогда и никому ничего не передадут.
Это его явно не успокоило, он становится еще более серьезным.
– То есть уже два человека в издательстве. Достаточно одного вскользь брошенного замечания, которое кто-то услышит, и у нас возникнет огромная проблема.
Будто я совсем ничего не понимаю!
– То есть я не должна была делиться самым важным в моей жизни с людьми, которые значат для меня больше всего? Хотя я им полностью доверяю?
Значит ли это, что в его окружении обо мне абсолютно никто не знает? Выглядит неприятно. Будто Адриан скрывает меня от своих знакомых – как любовницу, с которой встречается только в отеле. Что по понятным причинам оскорбляет.
– У нас все будет не так, как ты себе представляешь. – Адриан встает передо мной и вдевает в петлю пуговицу, которую я случайно пропустила.
Меня просто убивает самообладание, с которым он это делает, перед этим разбив мне сердце.
– Откуда ты можешь знать, что я себе представляю?
Мы смотрим друг другу в глаза.
– Потому что ты сама это сказала. На морском валу, помнишь? Ты хочешь «большего, чем красивые слова и украденные моменты».
– Ведь ты тоже этого хочешь!
Я сознательно не сформулировала эту фразу как вопрос, чтобы у него не возникло возможности ее отрицать.
– Я прекрасно понимаю, насколько мы должны быть осторожны. Ты думаешь, я хочу, чтобы меня уволили? Или чтобы нас начали обсуждать во всех новостях? Но есть разница между осторожностью и страхом. Я хочу делать то, что сейчас можно. Поэтому я сказала маме, что приведу своего нового парня на ее вторую свадьбу.
Не самый удачный момент, чтобы ему это сообщить, но в то же время это отличный пример. Адриан там будет мне очень нужен, и хотя бы в тесном кругу мы сможем показаться как пара, ведь так? Я сразу уточняю, что никакие его фотографии не будут выставлены на всеобщее обозрение, а среди гостей не будет никого, кто желал бы нам зла, даже если кто-то его узнает.
Адриан делает шаг назад, в сторону от меня, и я чувствую, как он отстраняется и внутренне.
– Что? Боже, это именно то, о чем я говорю!
– Ты имеешь в виду вторую свадьбу моих родителей?
– Этого не будет, Клио. Я не могу пойти с тобой куда-нибудь или познакомиться с твоей семьей, как бы мне этого ни хотелось. Может, когда-нибудь, когда у нас не будет общего проекта и обо мне начнут забывать. Но до тех пор все останется по-прежнему: все со мной связанное – это наш секрет, хотя ты так ненавидишь секреты. В ближайшее время ничего не изменится.
Я расправляю плечи.
– Еще как изменится! – Звучит вполне категорично, но я должна высказать до конца все, что думаю. – Я не знаю, кем ты таким был, что не хочешь, чтобы я это узнала, но я знаю тебя самого. Ты не можешь отказаться стать частью моей жизни. Потому что ты давно ею стал. Мы просто должны шаг за шагом пытаться понять, что нам сделать, чтобы все встало на свои места.
Адриан проводит рукой по волосам, которые порядком растрепались после того, как мы побывали в саду.
– Когда я сказал тебе, что это не будет любовной историей, это было не затем, чтобы причинить тебе боль, а потому, что наша ситуация это исключает.
Почему ему так бесконечно трудно смотреть в будущее? Что бы с ним ни случилось, это, похоже, действительно лишило его уверенности в себе. Но если он продолжит в том же духе, я тоже ее лишусь!
Я набираю воздух в легкие:
– Но это история нашей любви, и мы с тобой решаем, как нам писать ее дальше.
Адриан молча качает головой, поджав губы.
Его молчание обдает меня бо́льшим холодом, чем любые возможные возражения.
– Если это так, то сейчас мне больше нечего тебе сказать.
Я беру сумку и выхожу из комнаты, направляюсь к лифту и жду, когда позади меня раздадутся шаги.
Но шагов нет.
Запасной ключ лежит на обычном месте под цветочным горшком.
Я дождалась у себя в квартире сообщения от Шеннон. Сейчас Мелли дома одна и, скорее всего, не хочет меня видеть. Тем не менее я пришла, со спазмами в желудке, которые начались на обратной дороге в Оксфорд и которые не смогла победить даже огромная чашка ромашкового чая.
Пропустив очень важное для Мелли и для нашей дружбы событие, я понимаю, что мои извинения будут выглядеть идиотскими.
Желание проверить телефон становится почти непреодолимым, но я это предвидела и оставила его в машине. Поэтому могу спокойно размышлять, сумеет ли Адриан преодолеть себя, чтобы сделать первый шаг, и будет ли он страдать, если этого не сделает.
Ладно, надо уже зайти!
Я вставляю ключ в замок и открываю дверь.
– Мелли?! – кричу я, чтобы не испугать ее до смерти своим появлением.
