Ты заходишь в крохотную церковь и за косой деревянной решеткой видишь ангела с большими черными усами и белыми, как положено, крыльями. В рубашке и брюках. Рядом стремянка, видимо, чтобы возвращаться домой на небо. На полу среди рассыпанного зерна – чучела птиц, а на большом полотне-заднике они уже живые.
Нажимаешь кнопку, и тебе рассказывают сказку. А потом поют птицы.
Заходишь на минуту, запоминаешь на всю жизнь…
Площадь перед собором ремонтируют. Вдалеке видно, как собирается народ встречать велогонку. Из окон вывешивают флаги, в кафе все столики заняты. Я иду в «Сад забытых фруктов», который придумал Гуэрра. Никакого смотрителя нет. Открываешь голубые ворота и входишь, закрывая за собой. Мало ли, зайдет овца – и съест экспонат. Собственно забытых фруктов немного. Какой-то житель посадил крыжовник – в Италии невидаль, лесники привозят редкие травы, деревья, кусты. Они чудесным образом сочетаются с придуманными и выполненными Гуэррой предметами искусства.
Справа на стене ограды много икон. Тонино изготовил «белье» (то есть белые фаянсовые отливки) и предлагает своим рисующим гостям их расписать для сада. (За все время украли только одну икону, которую сделал сам Тонино.) Здесь же его автопортрет, выполненный в стиле «кашпо» – подставки под вазон с цветами, которые и торчат из него в виде прически. Напротив входа – небольшая триумфальная арка «незнаменитых людей». Ну да, им же тоже хочется признания. Большая бронзовая улитка отползает по траве от солнечных часов в виде двух железных голубей. Когда в полдень солнце проходит сквозь них, на постаменте из серого камня тени птиц превращаются в профили Федерико Феллини и Джульетты Мазины, обращенные друг к другу. У отвесной скалы со старыми голубятнями – часовня памяти Андрея Тарковского. А рядом фонтан – дубовый лист, по прозрачным прожилкам которого видно, как струится вода.
Он очень много сделал для узнавания земли. Своей земли, где родился и вырос.
В городе Брешиа Тонино сделал фонтан-ковер из смальты. Вода выбивается из-под него, и, сверкая золотом и каменьями, он летит-плывет над землей. Чудесные сны показывает мудрый сказочник, без усилий, кажется.
Но ведь страсть – это усилие? Нет, наверное, дар. Хотя и способность к усилию это тоже дар.
Что-то похожее я видел в «Амаркорде». Жители городка высыпали на крутой поворот шоссе. Полицейские машины, мотоциклисты сопровождения, мокрые кумиры на велосипедах. Аплодируют всем участникам до последнего. Интеллигентного вида дама, парикмахерша с сигаретой во рту, клиент парикмахерши с салфеткой на шее, ассоциация хирургов, приехавших в трусах на велосипедах из Римини. Проехал последний участник гонки. Мужчина свернул флаг в окне. Все разошлись. Тихо.
Вечером мы смотрели дома футбол. Итальянцы проигрывали. Расстроенный Тонино после первого тайма ушел к себе, церемонно поклонившись в дверях.
Если от дома Тонино Гуэрры продолжить путь на вершину горы, то увидишь там неожиданные для Италии тибетские флаги с молитвами, развивающиеся по ветру, и колокол.
Этот колокол отвез в Тибет местный католический монах падре Оливьери в самом начале восемнадцатого века, а вернулся церковный человек в Италию, привезя 35 (тридцать пять) тысяч тибетских слов, переведенных на латынь.
В честь трехсотлетия этого события Тонино пригласил в Пеннабилли Далай-ламу, и тот приехал вместе с несколькими буддийскими монахами.
Площадь была забита народом. Далай-лама подошел к дому падре Оливьери, поклонился и сказал: «Наконец мы встретились». В это время из динамиков на площади раздались звон того самого колокола и молитва тибетских монахов, специально записанная на пленку по просьбе Гуэрры в столице Тибета – Лхасе.
Далай-лама замер и стоя слушал свой народ, и пеннобилльцы стояли без звука. Всю молитву.
Еще решили подарить Далай-ламе ключ от города, для чего послали гонца на антикварную ярмарку в Ареццо, чтобы он там купил большой старинный ключ, привез его на автобусе и передал нашему знакомому Джанни Джанини.
Гонец не доехал одну остановку до города. Услышал от водителя: «Округ Пеннабилли» – и вышел. Зашел в бар, спрашивает: «Джанини знаете? Передайте ему ключ».
А в Майоле тоже жил Джанини. Совершенно, впрочем, другой, но поскольку он, как все знали, коллекционировал ключи, никому просьба не показалась странной.
Между тем мэр Пеннабилли, уважаемый человек, говорит помощникам: ключ подготовьте! Те – к нашему Джанини. А ключа нет. Тогда Джанни заскакивает в дом печника, вытаскивает из старинного шкафа большой ключ, заворачивает в бумагу и передает мэру. А тот – Далай-ламе. Все были очень довольны, особенно печник.
– Я и не знал, что город был у меня в руках, – сказал он.
Да, монахи приехали в Пеннабилли раньше основной делегации и каждый день, стоя на коленях по восемь часов, выкладывали целую неделю из разноцветного песка прекрасный узор, чтобы в день, когда приедет Далай-лама, развеять эту красоту всем в подарок.
– Прекрасное – не вечно, – сказал Тонино.