На листовке – большая карикатура на Саджиду Рану в ее дизайнерской военной форме, изображенную в виде танцующей куклы театра теней. Тяги куклы держит карикатурный араб с крючковатым носом и в традиционном красно-белом шемаге [72]. На нем надпись «Бадур Хан». Саджида указывает дорогу американскому телепроповеднику, с сигарой в зубах управляющему большущим бульдозером, который надвигается на хрупкую индуску, держащую за руку ребенка и пытающуюся скрыться под сенью священной колесницы разгневанного Ганеши, уже грозно воздевшего бивни и топор.
Они ненавидят его, думает Наджья Аскарзада, все еще дрожа от кипящей вокруг человеческой энергии. Они ненавидят его больше всего на свете. И я могу отдать его им. Я могу дать им то, чего они больше всего хотят: страшнейшее ниспровержение. Насильник-педофил? Нет-нет, гораздо, гораздо хуже: любитель существ, не являющихся ни мужчинами, ни женщинами. Чудовищ. Ньютов. Нелюдей!
Вспышка света и гром восторженных аплодисментов со стороны подпрыгивающей толпы. Девушка замечает горящий флаг Авадха, который корчится в огне, словно душа грешника. Ей достаточно шевельнуть пальцем, и будущее всего того, что она видит перед собой, ринется в непредсказуемом направлении. Наджья никогда не чувствовала себя настолько полной энергии, настолько сильной, могущественной и капризной. Всю жизнь она была аутсайдером, беженкой, ищущей пристанища, шведской афганкой; но она хочет быть частью, и целым, хочет сути, хочет крови. И она в исступлении чувствует, как ее теплая киска трется о виниловое седло мопеда.
Шив и Йогендра проезжают сквозь торнадо шума. «КонстраХХ» гордится командой геодезистов, которая обыскивает джунгли строящихся районов Варанаси и Ранапура, отбирая лучшие пред- и постиндустриальные площадки. Ниша «КонстраХХ» – провалы в схемах движения денежных средств. В прошлом месяце это был пентхаус в «Нарайяна Тауэр» в западной Варауне: восемьдесят восемь этажей гибкого офисного пространства. В этом месяце они работают над громадной бетонированной шахтой, которая, как только с окончанием войны появятся деньги, может стать станцией метро «Университет». «КонстраХХ» известен мощной архитектурой и пиаром на базе сарафанного радио. Если вы хотите что-то узнать о фирме, вам нужно спросить правильных людей в правильном месте.
Местонахождение «КонстраХХ» версии августа 2047 года. Доезжаете на метро до станции «Панч Коши», последней остановки на новой линии Южного кольца – сплошной хром, стекло и та разновидность бетона, которая кажется маслянистой, когда к ней прикасаешься. В конце платформы временная деревянная лестница, ведущая к путям. Эта часть линии отключена и не действует. Идите по туннелю, пока не увидите маленький кружок мерцающего света. Две тени, которые вдруг появятся с обеих сторон расширяющегося круга, – охранники. Вы должны произвести на них впечатление либо своим обликом, либо стилем, либо славой, либо статусом. Либо быть приглашенным гостем Нитиша и Чунни Натов.
Сам «КонстраХХ» в версии «август-2047»: ради лучшего эффекта взгляните наверх. Прожектора, установленные на осветительном мостике под временной пластиковой крышей, отбрасывают быстро перемещающиеся круги синего цвета. Из-за карнизов, платформ, проводки, стальных решеток и сеток свет рисует мозаику из теней и акватических оттенков. Движущиеся тени – это тела, танцующие под индивидуальные мелодии, поступающие с палмов. Место ди-джея посередине между полом и потолком – хлипкий настил из лесов и других строительных конструкций. Отсюда команда из двух людей и пятнадцати сарисинов направляет каждому танцующему на платформе свой собственный микс «КонстраХХ август-2047».
«КонстраХХ» версии «август-2047» подчиняется строгой и простой вертикальной иерархии. Шив и Йогендра едут на служебном лифте мимо свежего мяса и офисных телллочек, целый месяц копивших на эту скандальную ночь, мимо тех, кто рвется в звезды «мыла», и обворожительных молодых преступников, и сыновей и дочерей
