— Ах ты сука! Ты быстрый, оказывается… Сейчас увидишь как раком рака ставят… — шипел я, болезненно потирая спину и торопливо делал дугу вокруг противника. Такой удар в голову или конечность и пиши пропало — либо оторвёт, либо сломается.
— Иди ко мне, сладкий! — пропел я.
Рыбану что-то не понравилось, он дёрнулся, застрекотал усами и ожидаемо быстро попер в атаку. Размах, удар! Мимо. Клешня прошла мимо и по инерции его крутануло на месте, развернув ко мне спиной. Такая тяжёлая лапа должна попадать в цель всегда, а если нет — то этого времени хватит нанести противником несколько смертельных ударов. Будь у меня оружее в руках, рыбан был бы уже мертв. Сейчас же я резко просунул руки тому под склизкие подмышки, сделал замок за шеей и со всей доступной мне силой начал давить ее вниз. Лобстер сопротивлялся, возмущенно визжал и пытался скинуть меня, больно царапая наростами, но в какой-то момент шея громко захрустела и тот обмяк. Сопротивление продолжалось недолго, его грозное оружее не помогло тому против более ловкого соперника.
Неожиданно стало тихо… Отдал концы тот, что лежал с кинжалом в брюшине, а другие, что схлестнулись между собой испугались смерти товарищей и отступили или же продолжили свой бой где-то в воде. Вокруг меня же валялось трое дохлых особей.
— Хер вам, а не я! — сипло крикнул я на реку и сжал зубы — болела спина. Синяк будет знатный, но по ощущениям с внутренними органами все впорядке.
Предаваться почитанию своей мощи я не торопился и первым делом вернул свое снаряжение. Постоял несколько минут на месте и побрел дальше. Сейчас не хотелось бы еще одной такой встречи…
Спустя час боль слегка отступила и я уселся передохнуть под еще одну благодарно раскинувшую свои ветки иву. Она закрывала собой нещадно палящее солнце, чему я был безумно благодарен и в добавке к личному комфорту снял плащ.
В очередной раз раскинув перед лицом карту я задумчиво поводил по ней пальцем. Затем оторвал короткую веточку и оценил пройденное расстояние. Получалось так, что конец красной зоны находился примерно на середине моего пути. Значит, что Марика или ошиблась или я неправильно понял дистанцию. Я иду три дня, из которых половину одного на коленях ползал по склону у леса и собирал ягоды, благодаря чему в мешке находилась хорошая горсть вкусных плодов. Это и чай заварить и просто пожевать хорошо, но не это сейчас важно. Значицо! Я получаю два с половиной дня пути после сбора земляники, следовательно до Дарванталя оставалось столько же, итого пять дней пути пешим. А девушка сколько говорила, неделю верхом — не сходится… Оставалась надежда, что масштабируемость сохранена правильно и мои расчеты верны
Немного поломав голову, я пришел к выводу, что девка и правда была какой-то дворянкой или из сливок местного общества. Для нее передвижение верхом означает неспешное перебирание копытами с временем на обеды, завтраки, ужины, длительный сон и разглядывание окрестностей. На лошади тут день — полтора добираться. Это хорошо, что она ошиблась, мне же на руку. К слову, до Салитонии я бы добрался дней за десять.
— Обезьяк, ну как тебе? Преуспеваю я в боевом искусстве? — поинтресовался я, закончив расчет.
— Ты называешь свои движения придворного шута — искусством? — рассмеялся призрак. — Надеюсь ты понял мое мнение… — вновь рассмеялся дух и улетел в воду.
— В общем-то он прав, вспоминаю свои движения с кочергой и понимаю, что махал я ей пуще оглобли с огорода. Такими движениями только коров гонять по лугам или отбиваться от луговых собачек.
Эх… Кажется так давно это было… Упоминая рогатых представителей, я вспомнил стейки, которые по выходным готовил отец. Сочные, розовые, здоровые куски мраморной говядины! На гарнир грибы и зелень вприкуску! Слюноотделение многократно повысилось, а вот настроение наоборот — упало ниже плинтуса. Тогда мы собирались все вместе: Мать, отец и сестрёнка. Какими далекими и забытыми я помню те дни. Дни, которые теперь и считать реальными язык не поворачивается. Чтобы я сделал, если бы мне предложили вновь залезть в эту капсулу и погрузиться в иллюзию? Согласился бы и вновь оказался в кругу своей семьи в одном доме и за одним столом? Отказался, ссылаясь на нереальность своей родной земли? Заберите меня, прочистите память и погрузите обратно — такой вариант меня устраивал, но такой вероятности не существует, а жаль. Навождение о прошлом неожиданно схлынуло с прохладным ветром и с недр сознания появилась ярость к земле и чертовым самоцветам, благодаря которым я оказался заперт в иллюзии. Настоящий мир здесь, передо мной, раскинувшийся на неизвестно далекие мне расстояния.
Я стукнул себя по лбу и перестал лить слюни с соплями. Жизнь в иллюзорном, созданным пусть и очень правдоподобном, мире — это не жизнь вовсе. Прошло всего ничего, а меня будто ведром ледяной воды окатили, все же все те воспоминания стали настолько мутными, что казалось и не мои вовсе. Вывод напрашивается сам — здесь лучше, чем было на земле. Жить нужно здесь, развиваться здесь, искать семью — тоже здесь.
