– Мне нужна неделя, всё обдумать, – оборвал доклад полковника Веня.
– У нас нет времени, – ответил министр, – а значит, у вас его тоже нет.
– Но я должен составить план экспедиции и список её участников. Набросать приблизительную смету расходов. Нам нужно оговорить мой гонорар и размеры премиальных в случае успеха. Если поиски окажутся безрезультатными…
– Исключено! – категорически заявил министр. Президент утвердительно кивнул ему. – Это как раз тот случай, о котором принято говорить: «Либо грудь в крестах, либо голова в кустах». Речь идёт о вашей груди и о вашей голове, дорогой профессор.
– Именно в кустах, – ответил Скутельник. – Не забывайте, что территория, где предполагается вести раскопки в районе села Парканы, фактически находится в юрисдикции самопровозглашённой Приднестровской Молдавской Республики. Насколько мне известно, там же расположена одна из воинских частей четырнадцатой армии, также перешедшая под юрисдикцию приднестровцев. Угадайте с трёх раз, как они поведут себя, когда на их территории появится отряд с вражеской стороны и возьмётся рыть землю у них под носом.
– Во-первых, Молдова неделима, и её граждане имеют законное право беспрепятственно передвигаться на территории суверенного государства по своему усмотрению и тем более по поручению правительства, – ответил министр. – Во-вторых, в настоящее время имеется четырёхсторонняя договорённость министров иностранных дел Молдовы, России, Румынии и Украины о прекращении огня. В целом условия договора соблюдаются, не считая Дубоссарского района, где иногда возникают перестрелки. Обстановка для ведения «научной деятельности» в селе Парканы не идеальна, но вполне приемлема.
– А нельзя отложить эту самую «научную деятельность» до более подходящих времён? Чтобы, так сказать, без риска для здоровья, – осведомился Венедикт.
– Вы боитесь?! – в голосе министра послышалась ирония.
– Не за себя, а за жизни людей, которые пойдут со мной за линию фронта.
Мирча Иванович широко улыбнулся. Благородство – редкое качество во все времена, особенно в политике и разведке. Он потянулся через весь стол и дружески похлопал профессора по руке.
– Не беспокойтесь, среди ваших людей, тех, кого вы включите в список, будут и наши сотрудники. Они обеспечат безопасность и секретность операции, – утешил президент.
– Ложка дорога к обеду, – вставил свои пять копеек полковник и покраснел от удовольствия и от того, что его не одёрнули и дали договорить. – А «хрустальная ложка», о которой идёт речь, дорога вдвойне. Она станет гарантом мира и согласия в стране.
– Может быть, не нужно уповать на хрустальные ложки, а просто выслушать друг друга и договориться без мордобоя, – предложил Венедикт. Хорошо «накушанный» мамалыгой и вином он почувствовал любовь к человечеству.
– Впервые слышу о хрустальных ложках, – оживился президент. Игра в слова был явно не его коньком. – Зато у меня есть великолепное богемское стекло…
– Речь не об этом, – с досадой перебил главнокомандующего министр. И уже профессору:
– С «хрусталём» мы быстрее договоримся, уверяю вас.
На размышления Венедикту выделили сутки. Следовательно, я свободен? – поинтересовался Скутельник. – Разумеется. Упаси боже задерживать такого занятого и уважаемого человека! Но во избежание нежелательных эксцессов, вроде сегодняшнего на улице, в целях вашей же безопасности, профессор, поблизости с вами буду находиться наши люди. И
В голове Попы забрезжила надежда.
Были бы яйца, а генеральские погоны найдутся, – ободрил его великодушный правитель всея Молдовы. Воспитанный в старых, добрых брежневских традициях Мирча Иванович по-отечески приобнял профессора и потянул, было губы к его губам, но министр обороны сделал глаза: ты что творишь, вражеский «резидент» перед тобой, а ты его взасос метишь! Президент потрепал Веню по плечу. – Бывай, Иваныч, «до скорого», – попрощался Венедикт. Его качнуло, он икнул, но удержался на ногах и из подъезда до чёрной «Волги» дошёл самостоятельно, без посторонней помощи. Свой парень, – вслед вражескому агенту подумал Мирча Иванович.
Интересно, какая умница наплела этому умнику про дислокацию вражеских войск в Парканах, – подумал вслух министр обороны. Надо, надо бы этого профессора по «индивидуальному плану проработать», в качестве превентивной меры. А ну как он связан с сепаратистами?! Что за люди ходили за ним по пятам? Может, засланные Смирновым казачки оберегали профессора и ждали удобного случая переправить его на другой берег Днестра? Может, им тоже «реликвию господаря» подавай?!
