Почему сейчас? Сейчас, когда проблемы и так валятся на меня одна за другой? Скэр долго был моей самой крепкой опорой в этом сумасшедшем мире. Говоря с ним, я смеялся, легче дышал, забывал тревоги. Нет, я понимал, что его жизнь во многом тяжелее моей. Что он тоже может срываться, злиться, дурацки ревновать. Но я не был готов к этому сейчас. Пустая ссора убила всю мою радость от экзамена, всё тепло от поддержки домашних. Я только хватал воздух ртом. Не мог собраться и ответить.
В отличие от меня, Скэриэл взял себя в руки и сладко улыбнулся. От этой улыбки мне стало не по себе. Казалось, передо мной стоит абсолютно незнакомый человек – озлобленный, холодный и ехидный.
– Тогда что не так, Готи?
Даже ласковое сокращение сейчас злило. Хотелось проломить ему голову. Это немыслимо, как парой фраз Скэриэл смог вывести меня из себя.
К счастью, раздался звонок в дверь. Возможно, мы были так заняты выяснением отношений, что даже не расслышали подъезжающую машину.
– А вот и твои друзья-чистокровные, да? – бросил Скэриэл насмешливо. «Твои». Не «наши». – Равные тебе по статусу и положению.
– Заткнись, – прорычал я, на что Скэриэл оскалился.
Мы были готовы вцепиться друг в друга, но тут раздался ещё один звонок, более настойчивый, и крики Оливера по ту сторону двери.
– Эй, вы, если вы там голые, то давайте быстрее! На улице очень холодно, – завопил он.
– Чёрт, – выдохнул я.
– Потом договорим. – Скэриэл, хмурясь, отступил и пошёл открывать дверь.
– Честно говоря, он немного пугающий, – тихо признался я.
– Называй вещи своими именами: он нереально страшный, – с раздражением бросил Оливер. – Каждый раз вздрагиваю, когда вижу его за спиной.
– Да, не позавидуешь, – добавил Леон шёпотом.
Мы все с опаской уставились на Ларса, нового телохранителя Оливера. Он был громадный, даже выше Оскара. Я всё это время ошибочно считал, что нет никого крупнее, чем Оскар Вотермил, но Ларс… На лице у него красовался безобразный шрам через всю щёку, словно он неудачно загримировался, пытаясь изобразить Гуинплена из романа Виктора Гюго. Только вот смеяться над этим Ларсом было, мягко говоря, рискованно.
Я не сомневался, что он нас слышит, но Оливера это, кажется, не волновало. Скэриэл тоже с интересом разглядывал плечистого мужчину, блуждающего по его дому.
– Полукровка как полукровка, – бросила Оливия, не глядя на телохранителя.
Ларс не спеша осматривался в гостиной, словно что-то искал, но было видно, что ему неловко заниматься подобным.
– И за диваном посмотри, вдруг Бернард там спрятался, – проворчал Оливер.
Ларс невозмутимо продолжил поиски: заглянул во двор, обошёл гостиную, поглядел на кухонный островок, где мы все вместе собрались. Наконец он, видимо, решил, что мы точно не смогли бы спрятать Бернарда, кивнул Оливеру и направился к входной двери.
– Под подушками проверить не хочешь? – едко бросил Оливер ему в спину.
Ларс всё с таким же каменным выражением лица обулся, накинул пальто и вышел, осторожно прикрыв за собой дверь.
– Это что сейчас было? – спросил Скэриэл.
– Мой отец постарался. Решил, что я тайно вижусь с Бернардом. Он меня, похоже, совсем за идиота держит. Вот и приставил телохранителя. – Оливер отпил немного воды из стакана. – Вы только представьте, этот Ларс теперь постоянно со мной будет ходить. Отец сказал это для того, чтобы он отпугивал всех одним своим видом.
– У него это с успехом получается, – улыбнулся Леон.
– Да, это точно. Я боюсь лишний раз обернуться и наткнуться на его шрам. Он мне уже в кошмарах снится.
Мистер Брум не мог вечно держать сына взаперти, а миссис Брум не могла ежедневно возить его в лицей и контролировать, с кем он общается, так что было неудивительно, что Оливеру наняли Ларса.
– Отец сначала приставил к нему симпатичную женщину-телохранителя, но вы знаете Оливера, – цокнула языком Оливия, небрежно поправляя волосы, – он с женщиной и за порог комнаты не выйдет. Наличие вагины пугает его больше, чем шрам на всё лицо.
– Ой, иди ты знаешь куда, – обиделся Брум.
– Зачем? Ты уже там, – парировала Оливия.
Леон прыснул от смеха и торопливо замахал руками, извиняясь перед Оливером. Я тоже слегка улыбнулся, но, чтобы не выдать себя, покашлял в кулак, словно хотел прочистить горло. Эта перепалка меня немного взбодрила, я перестал прокручивать в голове наши со Скэриэлом злые слова в адрес друг друга.
– Предатель, – нахмурившись, выплюнул Оливер Леону.
– Долго он будет с тобой? – спросил Скэриэл, направляясь к холлу. Он закрыл за Ларсом дверь и выглянул в окно.
– О сроках не говорили. Может, до поступления в академию, а может, отец сжалится и избавит меня от Ларса пораньше.
– Как ты? – спросил я, когда все замолкли. – Мы переживали.
Скорее всего, Оливия знала о совместной тренировке, вряд ли Оливер скрыл это от сестры, но вот Скэриэл ничего не знал. Я действительно держал нашу встречу в тайне.
Оливер с благодарностью посмотрел на меня.
