Маска спокойствия треснула. Впервые я увидел Скэриэла таким разъярённым.
– Если кто-то сбивает тебя с толку, обсуждает меня за спиной, то да, это важно! – Он чуть повысил голос. – И я бы хотел об этом знать.
Повисло напряжённое молчание. Не знаю, как долго это продолжалось бы, но у Скэриэла зазвонил телефон. Он недовольно глянул на экран и сбросил звонок.
– Мог и ответить, – проговорил я.
– Не хочу. – Скэриэл отложил телефон на кухонный стол и взглянул на меня, скрестив руки на груди. – Ну так что? Это Джером?
– Нет, – растерянно буркнул я. – Мы с ним вообще не общаемся.
– Тогда? – Скэриэл требовательно приподнял правую бровь.
– Люмьер Уолдин, друг Гедеона, – со вздохом произнёс я.
– Мы с ним незнакомы, – теперь Скэр словно бы растерялся.
– Зато он, кажется, всех знает. – Я пожал плечами. – Следил за нами.
– Зачем?
Я зевнул, прикрывая рот рукой. На меня вдруг навалилась усталость. Я плохо спал ночью, встал рано, и этот тяжёлый разговор со Скэриэлом окончательно меня измотал.
– Я присяду? – Указав на диван, я, не дождавшись ответа, сел.
– Ты заболел или что? – спросил он, садясь рядом. Его пристальный взгляд никуда не делся, а я уже хотел побыстрее закрыть тему.
– Нет, просто тоже не выспался. Не знаю, зачем Люмьер этим занимается, но он военный, а у них всегда проблемы с головой.
Скэриэл усмехнулся:
– Он сказал, что я владею тёмной материей?
– Да, причём на очень хорошем уровне. Люмьер решил, что я в курсе, и типа, ну, похвалил тебя. Он подумал, что мы вместе тренируемся. А теперь представь мой шок, когда я это услышал.
Какое-то время он напряженно молчал. Наконец я снова услышал его тихий голос:
– И что ты подумал по этому поводу?
– Что он бредит. Или спутал тебя с кем-то. Я пришёл, чтобы выслушать тебя.
Скэриэл нахмурил брови и уставился куда-то в сторону. Я видел: он колеблется.
– Не хочешь говорить…
Что ж. Значит, вопреки нашей дружбе не у меня одного есть тайны.
– Я боюсь, – тихо признался он и закусил губу.
– Чего? Или кого? – Я сел, отзеркалив его позу.
Он действительно выглядел слегка испуганным: мял пальцами диванную подушку, беспокойно дёргал ногой.
– Что кто-то узнает и может что-то сделать. Это ведь ненормально.
– Что сделать?
– Не знаю. Я много чего боюсь, – поёжился Скэриэл. – Например, в Запретных землях есть подпольные бои без правил. Такой, как я, там сразу станет сенсацией, все захотят посмотреть, как я смогу защититься с помощью тёмной материи.
– Зачем? – Я непонимающе уставился на него.
– Ради денег. Боёв с чистокровными почти не бывает. У вас есть дуэли, но на них не добивают, нет зрелищности, жестокости. Полукровкам и низшим нужны кровь, кишки, месиво. Вы не используете тёмную материю, чтобы кого-нибудь убить ради выживания. Вы ею кичитесь, как родословной или богатством. Если пропадёт чистокровный, начнётся расследование. Если пропадёт полукровка, всем будет плевать.
Я не знал, что ответить. С одной стороны, это не укладывалось в голове. Кто организует бои без правил в наши дни? С другой стороны, я пока мало что знал о Запретных землях. Я был там один раз, да и то закончилось всё большими проблемами.
– На каком ты уровне тёмной материи?
Скэриэл был в смятении. Я уже решил, что не дождусь ответа, но тут он медленно вытянул руку. На ладони показалось тёмное пламя, совсем маленькое, как от спички. Этим владеют все полукровки, я видел такое у Кевина и у Сильвии.
Скэриэл напрягся – и пламя начало расти, приобретать очертания. Вскоре на его ладони скакал тёмный конь. Он бил копытом, шагал, а затем ринулся галопом, продолжая оставаться на месте.
– Вау… – изумлённо выдохнул я. – Как у тебя это получается?
– Ты этого не умеешь? – удивился Скэр, опустив руку. Я расстроенно проследил за тем, как конь испарился.
– Шутишь? Я еле оформляю материю в стрелу. Мистер Аврель, наверное, считает меня неудачником. Из-за проблем с тёмной материей отец отправляет меня к психологу.
– Всё так плохо?
– Да. Тебе бы к нам в лицей…
– Я не чистокровный, – усмехнулся Скэриэл.
– Да, но… – я запнулся. – Но ты владеешь тёмной материей лучше меня. Мистер Аврель обалдел бы от твоих способностей. Да все бы обалдели.
– Не знаю, Готи. – Скэриэл тряхнул головой; прядь упала ему на глаза, и он небрежно убрал её за ухо. – Боюсь, что об этом узнают другие чистокровные или, что хуже, кто-то в Запретных землях.
– Ты всегда держал это в тайне? Никто не знал? Твои родители, ну, я имею в виду, до того, как их не стало… Эдвард? Джером?
– Никто не знает. Я понял, что владею силой, уже после смерти родителей.
– Но ты подозревал, что Джером тебя выдал. Я думал, может, он в курсе.
– Я ему ничего не рассказывал, но мы живём в одном доме, он мог увидеть и сдать меня.
– Люмьер тебя увидел и сдал… кажется, пока только мне.
– Ему можно доверять? Я не хочу, чтобы он растрезвонил дальше. – Скэриэл скривился, словно от боли: прикрыл глаза, плотно сжал губы и шумно выдохнул через нос.
– Наверное, можно… – неуверенно произнёс я. – Ты в порядке?
Он выжал из себя мучительную улыбку и кивнул.
– Голова разболелась.
– Я поговорю с ним. Скажу, что это секрет. Может, таблетку?
