Сначала я хотел опять отмахнуться: чувствовал себя значительно лучше, да и жара у меня не было ни после стычки с Гедеоном, ни тем более сейчас. В последний момент я одумался. Мы ведь так мало виделись в последнее время. Пора было привыкнуть: настойчивые прикосновения Скэриэла – это его обычный способ спросить: «Ты в порядке?» или ободрить: «Я тут, если что». Скорее всего, он чувствовал, что со мной не всё в порядке. Если он хотел потрогать мой лоб, то почему бы и нет.
– Немного болел, – обтекаемо ответил я. – Сейчас в норме.
– Ты бледный и какой-то уставший. Как будто ночами вагоны разгружаешь, – Скэриэл говорил весело, но глаз с меня не сводил.
– Это так на меня влияет предстоящий экзамен по тёмной материи.
А ещё у меня сердце отказало. В этом меня уверял Гедеон, но самому слабо верилось. Произошедшее в столовой сейчас казалось чем-то нереальным.
– Когда он?
– На следующей неделе.
– Ого. У тебя мало времени.
Я посмотрел на Скэриэла убийственным взглядом, как бы говоря: «Серьёзно? Ты думаешь, я не в курсе?» Он захохотал в голос. Я продолжал смотреть на него, стараясь удержать сердитое выражение лица, но этот заливистый смех не оставлял шансов. Я рассмеялся вместе с ним – и впервые за долгое время выдохнул по-настоящему. Не помню, когда в последний раз было так легко на душе. Наверное, только с ним. О чём бы мы ни говорили, что бы ни делали.
– Ладно, – отсмеявшись, проговорил он. – Что надо сделать, чтобы сдать?
– Главное задание – преобразовать материю в лук и стрелу. На занятии нужно было выстрелить и попасть в два кольца. На экзамене их может быть три или пять.
– Всего лишь? – фыркнул он.
– Ты сейчас в глаз получишь, – проворчал я, но перед глазами возник чарующий конь из тёмной материи. Конечно. Для Скэра такие задания – детский лепет.
Он шутливо выставил ладони в защитном жесте:
– Молчу-молчу.
– Я знаю, что это не так сложно, если тренироваться, но… – Я тяжело выдохнул и развёл руками. – Я просто… не знаю… не хочу вообще это делать.
– Не хочешь использовать тёмную материю? – нахмурился он.
– Да, – вздохнув, кивнул я. – Мне, как бы объяснить… хм… не нравится эта способность. Сама ее суть.
– Потрясающе, – выдохнул Скэриэл, смотря почти заворожённо. Как будто я признался в чем-то заоблачном или неприличном.
– Чего? – Я насупился. Мне в этом взгляде чудилась насмешка.
– Тебя надо в музее на выставках показывать, – заявил он с ухмылкой. – И на табличке написать: «Первый чистокровный, возненавидевший тёмную материю!»
Я недовольно цокнул языком.
– Тогда и тебя рядом посадим? С надписью: «Первый полукровка, покоривший тёмную материю полностью».
– О да, мы будем хорошей парочкой, – хихикнул Скэриэл.
«Парочкой». Но смеяться почему-то расхотелось. Плохие мысли впились в меня с новой силой и зашептали на разные голоса. Например, о том, что секретов от Скэриэла у меня всё больше. Если бы он узнал, что случилось между мной и Гедеоном, какой опасной способностью я обладаю… что бы он сказал? Захотел бы, чтобы мы были «парочкой» уникальных экземпляров, единственных в мире и неразлучных?
– А ты когда-нибудь стрелял из лука? – внезапно спросил Скэриэл, и я с усилием очнулся.
– Из лука? С помощью материи?
– Нет, я про настоящий лук. – Он привстал и изобразил, как натягивает тетиву и запускает стрелу в стену. Я покачал головой. – Тогда надо сначала попрактиковаться на настоящем луке, чтобы преобразовать в него материю.
Я только вздохнул:
– Скэр, но другие так не делали. Они сразу оформляли сгусток.
– Мне без разницы, что делали другие. Мы сейчас должны помочь тебе. – Он встал и решительно направился в сторону кухни. – Я закажу тренировочный лук и стрелы, а потом мы позанимаемся.
– Мне кажется, это глупая затея, – без энтузиазма проговорил я, наблюдая за тем, как Скэриэл берёт с кухонного стола телефон. – Ничего не выйдет. Я просто не способен управлять материей.
– Ой, ну что ты разнылся. – Скэриэл, уже листая что-то на экране, скорчил забавную гримасу. – Хуже точно не будет. Во, нашёл, доставка на завтра. Заказываю!
– Ты серьёзно сейчас?
– Серьёзнее некуда, – увлечённо оформляя заказ, ответил он, поднял глаза и заверил: – Хуже точно не будет.
– Да куда уж хуже. – Я улёгся на диване, прикрыв глаза. – Я главный неудачник в классе по практике. Вместе с Мартином Киджом. Чтоб ты знал: он у нас
На меня упала чья-то тень. Я открыл глаза и увидел Скэриэла, перегнувшегося через спинку дивана и склонившегося надо мной. Его глаза горели весельем.
– Ну и чего мы распустили нюни? – дурачась, бодро спросил он. – Хочешь на ручки? – И он потянулся ко мне.
– Отвали, – буркнул я и повернулся набок. Улёгшись поудобнее, вновь прикрыл глаза. – Я уже морально готов провалить экзамен…
Я осёкся. Что-то массивное упало на меня и, хихикая, придавило.
– Скэриэл! Блин, ты тяжёлый! – Я принялся брыкаться, но Скэр, скатившись со спинки дивана, втиснулся в небольшое пространство за моей спиной и обнял меня, почти подмяв под себя. – Ай, локоть убери, прямо в спину тычешь!
