Ренессанс XII века полностью

Тем временем «искусство сочинения» оказалось во Франции, где пустило корни на благоприятной почве Орлеана и развивалось в тесной связи с классической традицией местной школы, готовившей секретарей для Папской курии. Руководства, написанные в Орлеане и Туре, не обращались к Цицерону и Квинтилиану, но подчеркивали латинскую композицию в прозе и стихах. Письма в этих руководствах написаны прозой, напоминающей поэзию вагантов. Такие собрания писем стали особенно популярны в правление Филиппа Августа (1180–1223), превратившись, пожалуй, даже в символ жизнеспособности литературной традиции Орлеана. Примечательно, что это замечание справедливо главным образом в отношении откровенно художественных элементов, которые мы встречаем в этих рукописях: в переписке между Парисом и Еленой, Одиссеем и Пенелопой, Зимой и Весной, Душой и Телом, Жизнью и Смертью, Человеком и Дьяволом, а также в письмах, описывающих деликатные ситуации, которые обычно не излагали на бумаге, – со всем этим обращались мастерски и свободно, нередко в античном духе. В таких сборниках часто попадаются несколько писем, прославляющих риторику и достижения конкретных учителей этого искусства, а некоторые, как мы увидим далее, посвящены историям из студенческой жизни. Основная историческая ценность подобных сборников, где столь многое придумано специально, заключается не в сохранении отдельных деталей, а в отражении общего состояния эпохи. Цель составителя заключалась в том, чтобы подыскать примеры для писем на все случаи жизни, и если подходящего источника не оказывалось под рукой, то он выдумывал его сам или заимствовал из лучших работ своих учеников; с одной стороны, мы имеем коллекции архивных документов, с другой – собрания образцовой фантазии.

В теории структура письма обычно подразумевала пять частей: приветствие – пункт, к которому средневековый этикет был весьма строг, форма обращения тщательно устанавливалась для каждого звания и положения в обществе; вступление (exordium или captatio benevolentie), предназначенное для того, чтобы привести читателя в правильное расположение духа, и часто состоящее из крылатого выражения или фрагмента Священного Писания; изложение или повествование; просьба — она всегда ожидалась и, скорее всего, принимала форму логического вывода из всего вышеизложенного; и, наконец, заключение. Вот простой анализ письма без отклонений и отступлений, которые сопровождали его в оригинале:

К своему отцу Г. с подобающей любовью. (Это приветствие.) Я многим обязан вам за те деньги, что вы прислали мне. (Это вступление.) Но я хотел бы, чтобы вы знали, что я все еще беден, поскольку потратил на школы то, что у меня было, а то, что недавно пришло от вас, – лишь малая помощь, ведь я использовал эти деньги, чтобы оплатить некоторые мои долги, а мои бо́льшие задолженности все еще остаются неоплаченными. (Это изложение.) Посему я прошу вас прислать еще сколько-нибудь. (Это просьба.) Потому что если вы этого не сделаете, то я потеряю книги, которые заложил евреям, и буду вынужден вернуться домой, не доведя дело до конца. (Это заключение.)[107]

Похожее заключение, но более выразительное, находим в другом письме:

Своим дражайшим и уважаемым родителям М. Мартру, рыцарю, и М., его жене, М. и С., их сыновья, шлют привет и сыновье послушание. Шлем письмо, чтобы вы знали, что по божественной милости мы живем в добром здравии в городе Орлеане и посвящаем себя лишь учению, помня слова Катона: «Похвальное дело – знать что-нибудь» и т. д. Мы занимаем хорошенькое жилище по соседству со школами и рынком, так что можем ходить в школу каждый день, не промочив ног. У нас хорошие товарищи, довольно успешные в своих науках и прекрасного нрава, – это то достоинство, которое мы высоко ценим, поскольку, как говорил псалмопевец, «с честным человеком ты покажешь себя честным» – и т. д. А для того, чтобы работа наша не прекратилась из-за недостатка необходимого материала, мы просим вашего отеческого покровительства послать нам гонцом Б. денег, для того чтобы мы имели в достатке пергамена, чернил, досок и других вещей, в которых мы нуждаемся, и чтобы мы больше не страдали здесь за ваш счет (упаси Господь!), но закончили обучение и вернулись домой с честью. Гонец также возьмет за обувь и чулки, которые вы должны отправить нам, а также за новости[108].