— Знаю, что внешнее, – стиснув зубы, произнёс Александр. – С Вероникой что-то не так. Римма, не спорь, просто проверь.
Римма покивала, не переставая прижимать ладони к его голове. И тотчас в комнату ворвалась встревоженная Ника.
— Номер базовой станции? – поинтересовалась она. – Римма, мне нужен номер её базовой станции, там что-то не так.
— Там всё...
— Скажи номер! – крикнула Ника, бросая бутылочку лекарства на диван. Римма раскрыла глаза, но повиновалась. Ника уселась в кресло и замерла, глаза её остекленели.
— Вот чёрт... целиком ушла, дурочка. – Римма яростно почесала затылок и, помотав головой, накапала лекарства в колпачок. – Саша, выпей. Не спорь! И дыши глубже, тебе ничто не мешает дышать, это иллюзия!
* * *
Дома почти сразу же стало не по себе – накатила тоска. Примерно такая же, что была предвестником почти неминуемой смерти – когда гибли, один за другим, предыдущие её мужчины. “Её”... Только и успела поцеловаться пару раз... Он жив, с ним всё хорошо, это просто иллюзия. “Теперь я знаю”, прошептала Вероника, с трудом добираясь до кресла. “Это по-настоящему, это не морок”. Испарина на лбу, руки-ноги почти не шевелятся. Посидела одна, разобралась в себе... Теперь бы собраться.
Шаги ближе.
— Римма? – показалось, что крикнула, на деле – едва слышно прошептала. – Римма, помоги мне...
Из коридора в спальню вошла не Римма. Ника. Та, другая – зрачки светятся красным, красное же платье дивы, нож в руке.
— Или я, или никто, – осклабилась она и бросилась к Веронике, занося нож для удара.
Вероника осознала, что успеет только закрыть глаза – сил не осталось ни на что. Она услышала звон и звук удара и увидела, что “их” Ника – зрачки сияют белым – молча обезоружила двойника и пыталась оттащить её, выбросить прочь из комнаты. Двойник запрокинул голову и захохотал – руки Ники проходили насквозь, вязли в двойнике, а тот, насмеявшись вдоволь, уставился на Веронику и в следующий миг той стало нечем дышать, мгла упала и поглотила её.
* * *
Сирена общей тревоги сработала, по счастью, не очень громко – Александр только вздрогнул.
— Римма, срочно нужна помощь, это она. Она напала на Веронику. – Голос Ники прерывающийся, словно связь неустойчивая. – Срочно при... – Конец связи, оборвалась.
— Чёрт, чёрт, чёрт... – Римма осознавала, что и от Александра отходить нельзя. Ладно. На два фронта, хотя это очень неприятно и неудобно. От неё отделился двойник – тень – и бросился ко входной двери. Базовая станция у мамы не отвечает, а ближайшая слишком далеко. Лететь нельзя – разгар дня, кругом люди. Придётся как все.
* * *
Вероника не сразу поняла, что снова может дышать. Ещё секундой позже поняла, что Ника тащит её по коридору подмышки, прочь от спальни. Двойник – Ника в красном платье, уже без ножа – появился в конце коридора, по фантому шла рябь, очертания искажались.
— Это не поможет, – заявил двойник незнакомым, неприятным голосом – в нём смешивались несколько тембров: мужские, женские и детские. Вероника осознала, что её выронили – по Нике прошла рябь, но успела и нагнуться, и подхватить Веронику, не дать ей удариться головой. А двойник просто исчез.
Красная вспышка в спальне. И снова шаги двойника – шаркающие, неприятные.
— Я позвала Римму на помощь, – спокойно заметила Ника, оттаскивая Веронику в гостиную, как можно дальше от спальни. – Если заметишь её, кричи. – Она замерла, словно статуя, а из коридора тем временем слышались приближающиеся шаги. Те самые. Вероника не успела ни прошептать, ни даже пискнуть – по Нике вновь прошла рябь, а шаги прекратились. А ещё через несколько секунд погас свет по всей квартире, запищали устройства бесперебойного питания.
Ещё несколько неприятных секунд, и писк прекратился. Вероника вздрогнула, когда в полумраке дверного проёма возникла Ника – но это оказалась тень “их”, “правильной” Ники. Она метнулась к своей “статуе”, втянулась в неё, и та ожила.
— Сможешь идти? – спросила Ника. – Мне сложно нести тебя, и все заметят, что дело плохо. Римма скоро будет, нужно уйти из квартиры.
Вероника с трудом, но поднялась на ноги. И поняла, что имела в виду Ника: в базовой станции немного коллоида, и сейчас Ника весит полтора килограмма. Пусть ей удаётся удерживать структурную жёсткость, она не сможет нести Веронику, не привлекая внимания.
Тихо в квартире, но эта тишина пугающая.
— Её не чувствую, – заметила Ника, – но оставаться нельзя. Идём. Римма уже у подъезда.
* * *
Александру стало лучше буквально через минуту. Римма покивала, похлопала его по плечу.
— Ника с ней, – заметила она. – Она справится. Я там тоже скоро буду. Мне нужно к здешней базовой станции, оставлю тебя на пару минут.
— Справлюсь, – заверил Александр и смог улыбнуться. Действительно, и дышится теперь легко, и нет ощущения безысходной тоски. Римма кивнула и вот уже нет её в комнате. Зазвонил телефон – это мама. В смысле, мама Александра. Он покачал головой – как не вовремя – но принял звонок.
