— Да я… — начал было собеседник, но негромкий стук ладони по столу заставил простолюдинов замолчать.
— Ты на себя посмотри! — сурово нахмурился Накадзимо. — Зелёный, как молодая лягушка. Кен прав. Ступай с госпожой Обадо.
Он перевёл тяжёлый взгляд на девушку.
— Сначала сходите к лекарю. А уж потом можете гулять, сколько захочется.
Перспектива покупки нижнего белья в компании с Зенчи очень не понравилась приёмной дочери бывшего начальника уезда, да и лекарю придётся платить.
Однако весь вид предводителя их компании недвусмысленно указывал на то, что он не потерпит никаких возражений, а верный слуга наверняка проследит за исполнением всех его указаний.
Тяжело вздохнув, простолюдин встал из-за стола, укоризненно глядя на Накадзимо. Тот достал из широкого рукава халата расшитый шёлковый кошелёк и извлёк из него серебряную монету.
— Это тебе на лекаря.
— Спасибо, господин, — поклонившись, Зенчи зажал денежку в кулаке. — Пойдёмте, госпожа.
— А ты хоть знаешь, куда идти? — усмехнулась та, когда они вышли во двор.
— Сейчас спросим, госпожа, — заверил её слуга, деловито направляясь к воротам.
Оказавшись на улице, он тут же поймал первого попавшегося скромно одетого простолюдина. Выслушав вопрос, тощий мужчина средних лет в свою очередь поинтересовался, кто именно из лекарей им нужен?
Видимо, вспомнив слова мастера Валаса, Зенчи прямо ответил:
— Того, кто недорого берёт.
Минут через двадцать слуга привёл госпожу на базар в лавку почтенного Локра.
Окинув придирчивым взглядом просторный зал, пришелица из иного мира вновь отметила уже знакомый высокий прилавок с фарфоровыми банками, шкаф во всю стену с множеством выдвижных ящичков, картина с лысым старцем в сине-жёлтом халате и весьма специфические запахи.
Вот только народу здесь собралось гораздо больше, чем она застала в аптеке в Букасо, да за столом в углу сидел тучный, неопрятного вида мужчина в халате из дорогой, но засаленной материи и в круглой шляпе с узкими полями.
Очередь стояла именно к нему, однако двигалась она гораздо быстрее, чем в любой из поликлиник, куда когда-либо заходила Ия Платина.
Работал почтенный Локр быстро и виртуозно. Пациент садился на табурет, говорил, что у него болит. Затем лекарь слушал пульс, ставил диагноз, выписывал рецепт и получал плату.
«Никакой тебе писанины, анализов и УЗИ с МРТ», — посмеивалась про себя недоучившаяся студентка циркового колледжа.
Кроме неё, приёма ожидали ещё три женщины разного возраста, но, судя по одежде, никто из них не принадлежал к дворянскому сословию.
При обследовании лиц прекрасного пола лекарь не забывал о правилах приличия, прикрывая запястье пациентки шёлковым платком, также нуждавшимся в тщательной стирке.
Сосредоточенно сведя брови к переносице, он лишь несколько секунд слушал пульс беглой преступницы, после чего уверенно заявил:
— Пути циркуляции энергии в теле пришли в замешательство под воздействием холода. Я выпишу рецепт. Принимайте на ночь. Если не поможет, приходите ещё, и я сделаю вам скидку.
Плата за консультацию действительно оказалась весьма умеренной, в результате чего девушка сделалась счастливой обладательницей полученной на сдачу кучки медных монет.
К сожалению, значительную часть денег пришлось оставить в аптеке. Видимо, в этом и состоял хитрый маркетинговый ход владельца данного заведения. Дешёвые услуги врачевателя компенсировались ценами на лекарства, поскольку, получив заветный рецепт, пациент спешил как можно быстрее получить вожделенное снадобье.
Однако с Зенчи мастер Локр возился гораздо дольше. Без колебаний сняв наложенную Кеном повязку, почистил рану, промыл её пахнущей алкоголем жидкостью, нанёс некую зеленовато-серую, вязкую субстанцию и ловко перебинтовал заново. Содрал за свои услуги и маленькую баночку с мазью целую серебряную монету, заверив ошарашенного слугу, что сие чудодейственное средство обеспечит скорейшее заживление и избавит от лихорадки.
После этого несчастному Зенчи оставалось только поблагодарить почтенного мастера и уступить место очередному страждущему.
Жалея, на его взгляд, напрасно потраченные деньги, простолюдин тенью бросился за приёмной дочерью бывшего начальника уезда, мало обращая внимание на происходящее.
А Ия с удивлением и огорчением поняла, что нижним бельём на тутошних рынках не торгуют. Как выяснилось путём осторожных расспросов, интимные предметы дамского гардероба имеют здесь чисто утилитарное, но отнюдь не эстетическое значение, поэтому женщины шьют их сами или поручают данную работу служанкам.
Девушке пришлось приобрести отрез тонкого льняного полотна, швейные принадлежности и вернуться в гостиницу.
В комнате разложила свои покупки на кровати и задумалась. Если шить, то есть тыкать иголкой с ниткой, Платина ещё кое-как умела, то о кройке имела весьма смутное представление.
Местные носочки она ещё сумеет соорудить, однако изготовление штанишек представлялось совершенно неразрешимой задачей.
«Если я сегодня бельё выстираю, — рассуждала Ия. — За ночь оно высохнет, а пока я и без него обойдусь.»
