– Хочешь, замолвлю за тебя словечко? – предложила я. Честный парень вроде Тревора будет ярко выделяться на фоне бесчисленных туристов, обычно соперничающих за внимание моей двоюродной сестры.
Он взглянул на нее, и его улыбка потускнела.
– Роман с человеком, умеющим читать мысли, не самая привлекательная затея. Никаких тебе секретов, никаких тайн.
До чего же фантастический дар – читать любые мысли. Но и расплата за него очень велика: эдвардианцы говорили только правду, даже если это причиняло им невыносимую боль. Они даже отмолчаться не могли. Если эдвардианцу задан прямой вопрос, он обязан ответить честно. Хроносы не зря охотно брали их на работу.
– Зато и соврать не удастся, – напомнила я. – Большое преимущество.
Как только шаги у него стали получаться, музыка опять сменилась.
– И – крути!
Я крест-накрест ухватила Тревора за руки и завертела так, что он позеленел. Это же как-никак соревнование, а я – истинная Ревелль. Терпеть не могу проигрывать.
– И – меняй!
Я направила его чуть влево от Колетт и отпустила.
Через мгновение в меня врезалась Триста, да так, что мы обе еле удержались на ногах. Не будь она сестрой Дьюи, я бы, может, и дала ей упасть. В следующем раунде так и сделаю.
Следующий раунд… Я буду танцевать с Джеймисоном.
Я взяла Тристу за руку и обняла за талию, а она сверкнула на меня глазами.
– Рада познакомиться, – произнесла я. – Дьюи много о вас рассказывал.
– Нечего со мной болтать.
– Что? Я просто…
– Видела я твои игры. Сначала с моим другом, потом с моим братом. Так что припаси свои любезности для кого-нибудь другого. Ты мне не нравишься. – Она одарила меня фальшивой улыбкой.
Черт побери, она чересчур прямолинейна.
Под громкие аплодисменты Колетт помогла Тревору подняться с земли. Милли, смеясь, увела его с импровизированной танцплощадки, и его светонить засияла счастьем. Вместо Милли партнером Джеймисона стал Роджер, а Колетт снова ухватила за руку Дьюи.
– И – крути! – прогудел Вольф.
Триста застонала. Вращение – задача непростая для обоих партнеров, но у меня было больше практики. Стоит отдать ей должное – она твердо держалась на ногах, хотя крутились мы очень долго.
Музыка набирала темп, ревели трубы, пели кларнеты, бешено стучали барабаны.
– И – меняй!
Колетт сделала эффектный пируэт и ловко поймала подоспевшую Тристу.
А Джеймисон чуть не налетел на меня. Надо было толкнуть его в пенистый прибой.
Но мне хотелось победить.
Моя рука схватилась за твердый бицепс, и по телу пробежали предательские искры. Я всю неделю пыталась забыть о нем. Наш поцелуй был таким… Словно я поднесла спичку к фитильку свечи, а вместо этого подожгла бикфордов шнур. И все мои тщательно выстроенные планы чуть не взлетели на воздух.
Будто прочитав мои мысли, он шагнул ближе – ожидая, что я отстранюсь. Придурок. Я положила руку ему на шею. Нет уж, он не увидит, как я смущаюсь. Он для меня всего лишь партнер по танцам, все равно что обычный клиент. Или вообще незнакомец. Я танцую словно со статуей.
– Я обошел все пляжи на Ночной стороне. Дважды. – Он склонился еще ближе, и волосы упали ему на лоб.
– Тогда ты видел то, что искал.
Его голубые глаза вблизи казались необычайно яркими.
– Лакс, мне нужно, чтобы ты мне показала то место. Похоже, никто не знает, где оно.
От звука моего имени, слетевшего с его губ, по спине пробежал холодок восторга. Жаль, что Дьюи не вызывает во мне таких же чувств. Хотя оно и к лучшему. Рядом с Дьюи всегда нужно быть настороже и сохранять ясный ум.
– Ну пожалуйста, – взмолился Джеймисон.
– Почему для тебя это так важно?
– Трудно объяснить. – Пурпурный вихрь пронесся по его темной, как синяк, светонити. В нем сплелись воедино синева печали и фиолетовые оттенки любви. И горе, знакомое мне не хуже собственной тени.
Кого он потерял?
Музыка звучала все быстрее и быстрее. Его теплая рука крепко держала меня за талию, ноги не пропускали ни единого шага. Наверное, его научил Роджер.
– Хорошо, – сказала я неожиданно для самой себя.
– Правда? – В его светонити сияло столько искренности, в голосе послышалось облегчение.
– Приходи завтра, после репетиции. И больше не будем об этом говорить.
– И – крути!
Скрестив запястья, я взяла его за руки и откинулась назад. Черт возьми, это опасный прием, особенно когда танцуешь с незнакомцем. Если он разожмет пальцы, я сломаю шею.
Его сильные руки крепко стиснули мои, мы закружились, и весь мир затуманился в буйном вихре.
Одна прогулка на пляж. И больше ничего.
Зрители ахнули. Кто-то еще вышел из игры. Дьюи или Триста?
– И – меняй!
Я зарылась каблуками в песок, но мир все равно продолжал вертеться. Направить Джеймисона в нужную сторону было невозможно. Я разжала руки и постаралась не упасть назад.
Через мгновение на меня налетел Дьюи, и я обняла его. Никакого волшебного дурмана. Никаких искр между нами. Никаких чувств. Ну и ладно.
– Не упади на меня! – рассмеялся он.
– Я же Ревелль, – напомнила я. – Мы никогда не падаем.
Роджер помог Тристе подняться на ноги. Остались только Колетт с Джеймисоном. Наши ноги замелькали…
И вдруг кто-то испустил леденящий душу вопль.
