— Прости меня, владыка. Я… раскаиваюсь перед тобой в своем предательстве. И во всем остальном, наверное. — В Этьене не было сил для того, чтобы смотреть сейчас на Эотаса. Но из-за превратностей его нынешнего положения ему и не приходилось смотреть, чтобы видеть. — Все-таки… Эотас, я правда рад тому, что ты жив. Пусть это и грозит мне сейчас, вероятно, лишением души.
Эотас лишь вновь солнечно ему улыбнулся.
— Твоей душе совсем не идет алый окрас вины, Этьен. Неужели ты правда думал, что бог искупления во время вашей встречи в первую очередь будет требовать от тебя извинений?
— Именно так я, если честно, и думал, — смутился Этьен. — Ну, это если не рассматривать тот вариант, где ты сразу же меня испепеляешь.
— Ты повторяешься. — Свет усмехнулся ему огненным отблеском. — Прошу, не нужно так меня разочаровывать.
По старой памяти Этьен вздохнул.
— Я постараюсь. Но чего же ты тогда от меня хочешь?
Эотас не отвечал ему какое-то количество мыслей, с некоторым, казалось бы, любопытством изучая его душу своими игольчатыми лучами.
— Видишь ли, мое влияние скверно отобразилось на твоей душе. Во времена похода Вайдвена я совершил ошибку, полагая, что трудности твоего дара смогут помочь тебе в познании истины: теперь я понимаю, что был тогда лишь ослеплен светом твоего будущего. Я сожалею о том, через что тебе пришлось пройти лишь из-за моей блажи. Поэтому сейчас я хочу спросить тебя: позволишь ли ты мне облегчить твои страдания, притупив твой талант там, где ты оказываешься не в силах его контролировать?
Этьен застыл на месте.
— Ты действительно… можешь сделать это? Для меня? Даже несмотря на…
— Прошу тебя, Этьен. Решайся. У нас очень мало времени.
Предложение солнечного бога было заманчивым. Более того: фактически, всю свою жизнь Этьен только и делал, что мечтал о таком шансе. Пожалуй, предложи ему это Эотас всего три дня назад, то Этьен бы согласился, даже не думая. Но сейчас… Сейчас все было иначе.
— Я… Нет. Прости, но я не хочу этого.
Весь свет, из которого был соткан Эотас, в ответ на эти слова радостно вспыхнул.
— Благодарю тебя.
— За что это?
— За то, что ты показал мне. Я действительно в тебе не ошибся. Но больше нам нельзя медлить.
Стоило только тьме проглотить брошенные в нее слова, как образ Эотаса начал таять буквально на глазах.
— Подожди! — встревоженно воскликнул Этьен. — У меня ведь есть к тебе вопросы!
— Прости меня.
— Хотя бы скажи, что ты сделал с Рено!
— Не беспокойся о нем. Он сам выбрал свою судьбу.
С каждой новой секундой свет уходил от него все дальше и дальше. В какой-то момент Этьен понял, что смотреть на это ему едва ли не физически больно.
— Эотас! — изо всех сил закричал он исчезающему вдали свету. — Прошу… Прошу тебя, не уходи!
Этьен ощутил в себе отблеск чужой улыбки.
— Мы еще встретимся, — изрек свет. — Жди меня на Рассвете.
Одарив его мягкой и теплой вспышкой, так походившей на одно старое воспоминание, Эотас исчез во тьме окончательно. И в тот же миг Этьен наконец начал просыпаться.
Комментарий к XIX. На Рассвете
оос ради шуток и шутки ради оос
извините я переписывала этот дурацкий диалог кучу раз и уже сбилась с пути истинного
========== XX. Светлей ==========
Очнулся он в подвешенном состоянии.
Первым делом Этьен, еще даже не открывая глаз, сконцентрировался на пространстве вокруг себя. Сперва в голову ему ударила боль словно бы в отместку за все издевательства над собственным телом, но затем он все же сумел прочувствовать тех, кто его окружал. Все-таки Эотас и правда не стал ничего делать с его способностями.
Раскрыв наконец глаза, Этьен с удивлением обнаружил, что смотрит вдоль чьего-то туловища прямо на землю. В живот после такого открытия его сразу же уколола боль, голова загудела еще сильнее, разрываясь под накалом чужих эмоций, но Этьен сумел лишь облегченно выдохнуть. Он был жив, и чувствовать себя живым ему было приятно.
Впрочем, упоение от нынешнего состояния у Этьена длилось недолго. Магранова задница, он свисал с чьего-то плеча! Подняв корпус, он изо всех сил вцепился руками в волосы несущего его человека и укусил его за шею, пытаясь тем самым заставить его сбросить себя вниз. И у Этьена получилось — человек, удивленно вскрикнув, тут же скинул его на землю, отскочив от него на шаг. Чувствовать себя свободным Этьену понравилось. А вот падать — не очень.
— Да что ты такое творишь! — воскликнул человек, потирая укушенную шею. Очертания его были смутными из-за царившего кругом полумрака, но Этьен все равно сумел обнаружить, что никаких признаков солдатской формы на том не было.
— Потише, Морт, — прозвучал знакомый голос, и к укушенному человеку приблизилась однорукая тень. — Этьен, что с тобой?
— Это ты мне лучше скажи, что со мной! Какого скульдра я болтался на его плече?!
— Мы не смогли привести тебя в сознание, — спокойно объяснил Лют, протянув Этьену руку. — Ни у кого не было возможности нести тебя на руках. В конце концов, мы бежали. Мы и сейчас еще бежим, поэтому позволь мне объясниться позже.
