– Как скажешь, – согласилась Вика. – Во всяком случае, недоказуема ни твоя, ни моя позиция. Нам сейчас неважно в системе мы или нет. Мы должны разбудить своих и спасти эмбрионы. Без них никакой колонии не будет! А для этого нужен капитанский доступ. Если в ближайшее время мы не запустим основной реактор – конец всему. Будем смотреть, как один за другим умирают наши ребята и отключаются секции эмбриональных капсул!
– Вик, а ты точно врач? Просто такие убедительные речи толкаешь, будто десять лет в парламенте оттрубила.
– Обещаю позже подумать о политической карьере. Ну так что, идём?
– Значит, так, товарищ военврач, – я решил завершить этот странный спор, – согласно пятому пункту устава, в отсутствие капитана руководство переходит следующему по должности офицеру. В нашей ситуации – это я.
– Всегда знала, что ты завистливый карьерюга, – съязвила Вика. – Слушай, а не ты ли их? – она театрально прижала ладони к лицу. – И всё ради капитанского кресла?
– Сейчас в наряд по гигиеническому блоку назначу, – я подыграл ей, состряпав суровое выражение лица.
– Началось, – Вика закатила глаза. – Вот только дай человеку власть.
– Ладно, завтра проведём ревизию оборудования. Нам нужно найти атмосферный разведывательный зонд или что-то в этом духе. Попробуем его настроить. Осмотрим транспорт – не пойдём же мы пешком. Составим карту местности, поймём, что вокруг нас и где предполагаемая точка крушения челнока. А уже потом подумаем о спасательной экспедиции.
– И сколько это займёт?
– Если запустим зонд – за пару дней управимся.
– А если нет?
– Придётся использовать дрон «Витязя». Это, конечно, усложнит работу.
– Мы потеряем очень многих…
– Мы потерям всех, если сами утонем в болоте или станем ужином какой-нибудь местной зверюги. От нас зависит судьба всей колонии! Необдуманные поступки – непозволительная роскошь.
– А говорил, мне в политику нужно. Сам вон как заворачиваешь. Я чуть не прослезилась.
– Вик, это не шутки! Не можем мы рисковать! – я повысил голос, с удивлением ощутив, что начинаю злиться. – Мы умрём по-настоящему, понимаешь?! И обречём на смерть всю колонию! Всех этих неродившихся детей! Наш экипаж! Как ты можешь быть такой беспечной? Ты же не такая!
– Ну да, ты же лучше знаешь, какая я, – зло буркнула Вика. – Не рисковать – поняла. Всё, я спать.
Подозрительно быстро сдавшись, она плюхнулась на кушетку и отвернулась. Я демонстративно отодвинул свою раскладушку подальше и, молча улёгшись, уставился в потолок. Внутри бурлил гнев и удивление. Меня так и подмывало высказать Вике массу претензий и в то же время говорить с ней не хотелось совсем. Вновь накатило ощущение, что мы чужие, едва знакомые люди. Не помню, чтобы мы раньше ссорились, взаимная пикировка колкостями – не в счёт.
Я мог понять и её маниакальную уверенность в нереальности происходящего, и боль из-за каждого погибшего эмбриона. Для репродуктивного инженера потеря даже одного будущего колониста – уже катастрофа. Но почему она так легкомысленна? Неужели не осознаёт, что от нас двоих зависят тысячи жизней? Нет, я согласен: без капитанского доступа к системе мы не сможем ничего сделать. Но и бросаться на поиски разбившегося челнока вслепую – откровенное самоубийство. Засыпая, я подумал, что мне всё же повезло с Викой, ведь даже будучи несогласной, она приняла моё решение. Другая бы на её месте закатила истерику или ещё чего выкинула. Но Вика была профессионалом.
Ночью Вика снова исчезла. На этот раз побегу её аккомпанировала сирена открывшегося главного шлюза. Спросонья я долго крутил в руках маленький блокнотный листок, оставленный Викой на столе в каюте. Короткая записка – всего пара строк, в которых моя сбежавшая невеста уверяла меня в логичности моей позиции и обещала быстро вернуться. А ведь она и впрямь думала, что я отпущу её одну в неизвестность чужой планеты. Вика любила повторять, что свободна в своих решениях. А я как офицер, всегда оглядывался на уставы и приказы.
Да, я думал о правилах, думал и злился на Вику с её беспечностью. Залезая в «Витязя», взламывая его руками-клещами оружейный шкаф, я понимал, что нарушаю инструкции. А может, даже обрекаю на смерть нашу несостоявшуюся колонию. Нельзя бросать беспомощный экипаж в корабле с умирающей энергосистемой. Наверное, мне стоило дождаться вестей от Вики – вдруг она и вправду найдёт челнок? Ну а если не она не дойдёт… В конце концов, что такое жизнь одного человека, когда на кону судьба целой колонии? Вот только вопрос «чья жизнь важнее» показался мне неправильным. Скорее всего, эти мысли приведут меня к трибуналу. Но это будет потом, если мы с Викой выживем и спасём остальных. Да и у двоих будет больше шансов уцелеть.