Я тихо покачала головой, вспоминая ферму, которую мы проехали несколько километров назад. Мы могли бы укрыться там. Мы могли бы уже дожидаться, пока все закончится. Сильный порыв ветра хлестнул сквозь занавеску, и экипаж накренился влево. Глаза у Тео округлились. Он резко выставил передо мной руку, чтобы я не грохнулась Инессе на колени, и я вместо этого врезалась в его крепкие мышцы, ударившись до синяка.
Однако времени приходить в себя не было, потому что экипаж наклонился в другую сторону так, что я завалилась на Тео. Вой ветра тут же заглушил все остальные звуки, и я могла думать только о том, что мне нужно было настойчивее бороться за то, чтобы меня выслушали. Я должна была выскочить из экипажа и побежать в тот дом, что мы проехали, а не сидеть на месте.
Сделав глубокий вдох, я попыталась унять бешеный стук сердца и додумать эту мысль. Покалывание в затылке усилилось, а небо темнело так быстро, что было уже не голубым, а темным, как ночью. И я знала, знала, что самое худшее еще впереди. Как ни бушевала сейчас буря, ей еще предстоит достигнуть полной силы.
Экипаж снова съехал с дороги, и вдруг нас понесли уже не лошади. Несколько сундуков отцепились от задней стенки повозки и разлетелись. Как только они ударились о землю, ветер подхватил взметнувшиеся платья, шарфы, сорочки и шляпки. Один из стражников по глупости побежал ловить их, но был подхвачен тем же вихрем. У меня затряслись руки и вырвался испуганный возглас, когда я увидела, как буря подняла его высоко над землей, в море платков, и завертела, словно он весил не больше тех ярких листьев, что парили рядом с ним. Я не могла отвести глаз, даже когда он с головокружительной скоростью стал опускаться на землю.
– Туда! – Перекрикивая ветер и бешеный стук моего сердца, Тео показывал на ферму неподалеку от нас. – Мы можем укрыться там!
Иро посмотрел в этом направлении и согласился, прокричав кучеру, которому как-то удалось удержаться на своем месте. Грубые окрики кучера еле доносились сквозь царивший хаос. Слышался лишь злобный вой ветра, раскаты грома, грохотавшего так громко, что отдавалось в жилах, а от ударов молнии мы всякий раз вздрагивали. Я затаила дыхание, а когда отвернулась от окна, то поняла, что Тео смотрит на меня таким пристальным взглядом, какого я прежде не видела.
Когда экипаж со скрежетом остановился, я живо принялась за дело, отчаянно хватаясь за ближайшую дверь в попытке выбраться. Она не поддалась. Пульс у меня участился, сердце бешено забилось, когда я снова и снова всем своим весом наваливалась на дверь. У Тео с Иро тоже ничего не получалось, пока, наконец, их дверь не распахнулась с громким треском. Я обернулась к ней, когда ее сорвало с петель и унесло прочь, чуть не прихватив открывшего ее лакея. Оставив свою дверь, я метнулась к свободному выходу. Иро вытащил Инессу из раскачивающегося экипажа, и они побежали к расположенному рядом дому. Следующим вышел Тео, протягивая мне руку.
Ход времени замедлился, и его движение растянулось на целую вечность. Ветер выл, и Тео зацепился за стенку экипажа, продолжая тянуть ко мне руку. Я, преодолевая ветер, пыталась ухватиться за него. Едва кончики моих пальцев коснулись его, как повозка покатилась. Глаза Тео расширились от ужаса, когда мы оказались во власти вихря. Он повис снаружи, а меня отбросило на скамью позади. Его светло-русые волосы трепал ветер, и я видела, что его губы шевелятся, но не могла разобрать слетающих с них слов. Вдруг экипаж сменил направление движения и, вращаясь все быстрее и быстрее, понесся по полю, как деревянный волчок, с которым любили играть сестры. Внутри все сжалось, голова закружилась от сумасшедшей скорости, и меня прижало к стенке. Тео что-то крикнул, и я успела взглянуть на него, прежде чем его оторвало от экипажа.
Хруст и треск разлетающегося на куски дерева заглушал все остальные звуки, пока не раздался удар, отбросивший меня назад. Все было как в тумане, а потом на две невыносимых секунды я вдруг стала невесомой. Мое тело парило внутри экипажа, затем обрушившись на пол. Я приготовилась к следующему толчку, но его не последовало. Хотя ощущение, что мое тело куда-то перемещается, сохранялось, экипаж был неподвижен. Я с трудом тряхнула головой, пытаясь отделаться от головокружения, и стала выползать из повозки. Тео так долго держался, но кто его знает, где он теперь. При этой мысли на меня накатил приступ паники.
– Роуэн!
Мое имя донеслось до меня со свирепым порывом ветра, когда я высунула голову в дверной проем.
– Давай, Роуэн!
Я глубоко вздохнула, испытав похожее на облегчение чувство при виде Тео, который тянул ко мне руку.
– Я держу тебя, – голос Тео громко отдавался у меня в ушах, когда он обхватил рукой мою ладонь.
