«В результате довольно сурового отбора осталась небольшая группа пилотов, в которую вошли я, Олег Кононенко, Анатолий Левченко, Александр Щукин, Римантас Станкявичюс и Николай Садовников. Многие военные лётчики, отсеявшиеся из-за очень жёстких требований врачей, так и не смогли вернуться к лётной работе, эта опасность висела и над группой. Для нас работа в знаменитом ЛИИ была большим жизненным достижением. Мы опасались, что можем всё потерять, пока непонятно ради чего. Я пообещал ребятам, что их профессиональный уровень не снизится, они приобретут необходимые навыки и останутся испытателями в любом случае. Во время конфиденциальной встречи с директором ИМБП Олегом Газенко мы договорились о том, что в случае каких-либо замечаний со стороны медиков никто из лётчиков не пострадает и при желании сможет продолжить испытательную работу…».
В 1981 году группу преобразовали в отряд космонавтов-испытателей, её командиром стал Игорь Волк. С 1983 по 1985 гг. отряд пополнился лётчиками-испытателями Уралом Султановым, Магомедом Толбоевым, Виктором Заболотским, Сергеем Тресвятским и Юрием Шеффером. Все они прошли двухгодичный курс общекосмической подготовки в Звёздном городке, параллельно продолжая заниматься лётно-испытательной работой по тематике научных отделений ЛИИ.
Герой Российской Федерации, заслуженный штурман-испытатель СССР Д.С. Попов, ставит вопрос: «Кто такие лётчики-испытатели в «буранной» эпопее»? – и отвечает:
«Прежде всего, лётчики-испытатели Лётно-исследовательского института. Отобранные Игорем Волком для подготовки к пилотированию воздушно-космического корабля по принципу максимального опыта и профессионализма лётчика-испытателя, они продолжали наращивать профессиональную подготовку, выполняя текущую испытательную работу по всем направлениям наиболее сложных видов испытательной работы. Аэродинамика, устойчивость и управляемость, силовые установки, прочность, системы управления и автопилоты, системы вооружения и прицелы, приборное оборудование и системы индикации, системы жизнеобеспечения и спасения – всё без исключения на предельных режимах полёта. Это было фундаментом профессиональной лётной подготовки»1.
Специальная лётная подготовка включала в себя испытания конкретных систем «Бурана» на стендах и летающих лабораториях, полёты по крутым траекториям предпосадочного маневрирования, аналогичным расчётным траекториям «Бурана», участие в медико-биологических экспериментах для определения устойчивости навыков пилотирования по траекториям «Бурана» в период острой реадаптации после космического полёта и так далее.
«Специальная лётная подготовка отряда к управлению «Бураном» приобрела черты научно-исследовательского процесса, в котором, исходя из новизны и особенностей управления спуском и посадкой, на основе тщательного анализа структуры и возможностей штатной автоматической системы, были определены функции экипажа в штатных, нештатных и аварийных ситуациях и разработаны методы подготовки к их реализации»[47][48].
Добавьте к этому общую космическую подготовку, стенды и тренажёры, обязательные тренировки на выживаемость в различных климатических зонах на суше и на море, и так далее, и тому подобное».
– В ряды первых космонавтов отбирали, в основном, ребят поменьше ростом, полегче весом. Было множество других критериев, конечно.
Более подробно об этом говорится в статье И.П. Волка и А.С. Левченко «Основные принципы подготовки космонавтов-испытателей космических кораблей многоразового использования»[49].
Она напечатана в книге «ЛИИ – 50», которая вышла в свет в 1993 году небольшим тиражом, в продажу не поступала, предназначалась для специалистов. Урал Назибович открыл её и посоветовал привести здесь фрагмент из неё:
«Очень жаль, что отработанные и подтверждённые опытом принципы и методики подготовки космонавтов-испытателей, оказались не востребованы в России сегодня».
Как теперь дела обстоят, я точно не знаю, но некоторые требования по росту расширились, ведь и корабли сегодня другие…
– Да, французы готовили программу «Гермес». Благо, я мог спокойно говорить на французском языке, и поэтому дело пошло легко. Программа была рассчитана на пять-семь полётов. Французские лётчики пилотировали отлично.