«Буран» рассчитан на сто рейсов по маршруту Земля – орбита – Земля. Максимальная продолжительность автономного полёта может достигать тридцати суток. Причём «Буран» способен выполнять его без экипажа – в автоматическом режиме. Экипаж в будущих рейсах корабля рассматривается специалистами как дублирующее звено в управлении полётом.
Выводится на орбиту «Буран» с помощью универсальной ракеты-носителя «Энергия». Суммарная полезная мощность её восьмидвигательных установок – 170-миллионов лошадиных сил.
Стартует «Энергия» с «Бураном» вертикально. Запуск двигателей первой и второй ступеней ракеты производится почти одновременно. Ракета-носитель выводит «Буран» на высоту 150–160 километров. Затем включается двигательная установка корабля, которая доразгоняет «Буран» до космической скорости, и он выходит на орбиту.
Выполнив программу полёта, «Буран» в заданной точке орбиты ориентируется хвостом вперёд.
Двигательная установка выдаёт тормозной импульс, корабль сходит с орбиты и, пропланировав в атмосфере, совершает посадку на специально подготовленную полосу космодрома Байконур. Эта полоса построена в 12 километрах от места старта. Её длина – 4 500 метров, ширина – 84 метра. Посадочная скорость корабля около 340 километров в час, длина пробега 1 100-2 000 метров. Чтобы сократить при посадке пробег, «Буран» снабжён трёхкупольным тормозным парашютом, площадью 75 квадратных метров.
Создание корабля многоразового использования открывает новые возможности в обслуживании орбитальных станций и автоматических спутников. Это позволит не только выводить на орбиты полезные грузы, но и возвращать многие тонны их на Землю.
Так считает Г. Садовников, научный обозреватель «Вечерней Москвы»[41].
Внешнее сходство нашего челнока с его американским «собратом» – ни для кого не секрет. По словам специалистов, это объясняется, прежде всего, тем, что корабль такого размера иную форму иметь просто не может, она продиктована законами аэродинамики. Физика как нельзя лучше дополняла политику: всё-таки «адекватный ответ». Как утверждает президент «Энергии», разработчиков даже какое-то время критиковали «сверху» за то, что порой «делают не так, как у американцев».
А отличия действительно были. В США корабль, имея громадный подвесной бак и две ракеты-ускорителя, выходит на орбиту сам. В нашей же конструкции присутствует, как известно, ракета «Энергия» и именно она выводит 75-тонный «Буран» с 30 тоннами полезной нагрузки на орбиту. Двигатели «Бурана» предназначены исключительно для маневрирования.
Юрий Семёнов считает, что такой подход оказался более эффективным: «Мы смогли решить ту же самую задачу – создать многоразовый корабль. И в то же время мы могли вместо корабля вывести полезный груз массой 100 тонн. Такого США и сегодня не могут сделать».
Помимо всего прочего, наш летавший в космос челнок имел в отличие от американских аналогов автоматическую систему управления.
«С самого начала нам была поставлена задача: обеспечить беспилотный пуск, – рассказал «Итогам» Леонид Богдан, – а это, естественно, упрощает задачу, поскольку можно не отрабатывать в полном объёме систему терморегулирования, не нужна система аварийного спасения, система обеспечения жизнедеятельности экипажа». Экипаж, кстати, набран был. Ещё в 1978 году семь пилотов во главе со знаменитым Игорем Волком приступили к подготовке и тренировкам. Однако лететь им было не суждено»[42].
Журнал «Техника – молодёжи» в апреле 1989 года задался вопросом: Зачем «Бурану» крылья?[43]
На этот вопрос отвечает Эдуард Николаевич Дудар, к.т.н. член – корреспондент РИА, начальник проектного отделения НПО «Молния»: «…Старт Гагарина куда более походил на выстрел из пушки, чем на плавный взлёт. А врезающийся в атмосферу шарик приземляющегося модуля – скорее болид, чем летательный аппарат. Правильнее было бы назвать это не полётом, а управляемым падением… Но с появлением многоразовых орбитальных кораблей у космических аппаратов отросли крылья!».
Космоплан, космический самолёт, планер с ракетным двигателем – как только не называют «Буран». Треугольное крыло, шасси, остекление пилотской кабины – явные признаки аэроплана. И всё-таки «Буран» – не самолёт, поскольку не может ни оторваться от земли самостоятельно, ни совершить горизонтальный полёт. Его удел – монотонное снижение, потеря высоты. Хотя машина, сухой вес которой более 60 т, возвращаясь из космоса, для маневра в плотных слоях атмосферы использует аэродинамические поверхности и, прежде всего, крылья. В это время двигатели управления прекращают свою работу – они нужны для ориентации корабля только на очень больших высотах, где плотность атмосферы ещё мала и аэродинамические рули направления и глубины бездействуют. Маршевые же двигатели – принадлежность именно космического аппарата – используются только в космосе при изменении орбиты и при переходе с траектории взлёта на круговую орбиту, а потом обратно на траекторию спуска.