Том пил медленно, короткими глотками, как будто наслаждался каждой секундой, на деле лишь тянул время, пытаясь получше рассмотреть незнакомого блондина. В голове шумело, горло драло при каждом вздохе, все тело понемногу приходило в себя, и это напоминало ноющую боль от последствий зубной заморозки, только в его случае, зубодробительному воздействию подверглась каждая клеточка. На боку что-то дико тянуло, хотелось почесать кожу под бинтами, лицо стягивало, глаза щипало от света, мутило от запахов, но посреди всего этого сидел незнакомый взъерошенный парень со своей улыбкой и слишком явно дрожащими плечами.
— А где Рич? — Томас опять прикрыл глаза, пытаясь удержать в себе только что полученную жидкость. Организм бунтовал и требовал снова отключиться.
— Галли увел гулять, — Ньют с легким беспокойством наблюдал за парнем, вернув себе привычный нахмуренный вид, — может, позже…
— Ага, — только и обронил Том, снова возводя между ними тишину.
Ньют понятия не имел, что сказать Томасу. Между ними выстроился неплохой такой лабиринт, в котором блондин блуждал и чем больше рассуждал на эту тему, тем больше терялся, приходя к выводу, что самостоятельно ему не выбраться. Они друг другу чужие люди и теперь Том больше не нуждался в его опеке, хотя и раньше инициатива исходила исключительно от Ньюта. Может, они поэтому и зашли так далеко, потому что Томас в принципе не имел возможности возразить.
— Я тебя помню, — вдруг опять прорвался Том в сознание блондина и Ньют поморгал, будто и впрямь сосредоточился на решении головоломки. — Красный Дукати, да?
— Да, ты иногда занимал мое место на стоянке, — слегка улыбнулся Ньют и когда Томас улыбнулся в ответ, понял, что завтра же начнет искать себе новую квартиру. Такого он точно не выдержит.
— Прости, — парень на койке тяжело вздохнул и перевел взгляд на белый потолок, — больше не буду.
В его голосе послышался хруст ломанного фарфора и Ньют вдруг осознал, насколько тяжело было парню принять это все. Он ведь даже не задумывался, сможет ли Томас вернуться в гонки и что они на самом деле значили для него.
— Эй, — Ньют пересилил себя и дотронулся до локтя Томаса, пытаясь хотя бы слегка поддержать, — все не так плохо. Ты очнулся, ты здесь. Скоро Тереза приедет… — При упоминании имени девушки между ребер почему-то стало тяжело, — вернешься домой. Рич перестанет выть. И, кстати, ты ведь выиграл. Даже дважды.
Улыбнуться все же получилось, не очень искренне, но Том обратил внимание.
— Спасибо тебе… — он запнулся, поняв, что так и не знает имени соседа.
— Ньют, — блондин улыбнулся чуть шире, — меня зовут Ньют.
— Спасибо, Ньют, — Томас проговорил это имя в голове, немного подвиснув на цвете радужек соседа. — У тебя черные глаза?
Ньют слегка опешил, склонил голову вбок, как бы вспоминая цвет своих собственных глаз и уставился в глаза Томасу.
— С утра были карие… — осторожно ответил он и наклонился чуть ниже, одновременно с этим разглядывая чужие зрачки. У Томаса глаза были такие же карие, но другого оттенка — на несколько тонов светлее, чистая охра, без каких-либо примесей и вкраплений. Цвет так гармонично разливался по радужке, чуть темнея к зрачку и светлея почти до янтаря по краям, что Ньют засмотрелся и не сразу понял, что взгляд становится уж слишком неприличным.
— Прости, я, наверное, головой ударился, — в свою очередь засмущался Томас, чуть не утонув в глазах Ньюта, цвет которых напомнил ему воронку с мокрой глиной, и он неосознанно начал думать, можно ли из этого парня что-то слепить, ведь сосед казался совсем юным. Или он в этот раз и правда так крепко приложился головой, что все происходящее ему просто мерещится. Ньют выглядел как галлюцинация, потому что в прошлый свой переезд на больничную койку Томас и вполовину так не радовался, что вышел из схватки с бурей почти без последствий.
— К гадалке не ходи, — усмехнулся Ньют и поднялся, не зная, куда деть руки. — Я, наверное, поеду. Тебе отдыхать, а мне работать.
— Заезжай еще, — опомнился Том, взглядом следя за тем, как Ньют пятится из палаты, налетая на все подряд.
— С Ричем приеду, конечно, — Ньют улыбнулся и столкнулся плечом с дверью.
— И так просто заезжай, — Томас ляпнул так быстро, как будто боялся, что блондин сейчас точно сбежит и больше не вернется.
— Ага… так… просто… конечно, заеду! — Ньют ломанулся прочь из палаты, но заставил себя закрыть дверь аккуратно, чтобы не выглядеть в глазах Томаса уж совершенно абсолютным идиотом. Он и так с трудом удержался, чтоб не ляпнуть какую-нибудь глупость про глаза соседа, которые за секунду буквально впитались ему в подкорку мозга.
— Вот это да, Томми, вот это да… — только и вымолвил он, плетясь по больничному коридору и уставившись себе под ноги. Жизнь неожиданно поставила подножку и Ньют не заметил, как провалился.
***