Норберт фыркнул, как и мой арбогастр, Альбрехт надменно приосанился.
- Едем, - сказал я нетерпеливо. - Бобик, ты остаешься!
- Да стоит взять бедную собачку, - предложил Альбрехт.
- Вы будете бросать ему бревнышко? - спросил я.
Он злобно усмехнулся.
- Думаю, он сам, заскучав, побежит без нашего присмотра к свите Вирланда…
- Бобик, - повторил я строго. - Жди здесь. Поехали!
У шатра для переговоров Норберт привязал наших коней, присмотрелся к движению в лагере свиты Вирланда.
- Герцог садится на коня!
- Все в шатер, - велел я.
Альбрехт возразил:
- Ваше Величество, нам пока лучше остаться здесь. Возможно, герцог тоже позовет своих помощников только на момент заключительной… формулировки.
Норберт кивнул.
- У него хоть и перья на шляпе, но на этот раз граф прав.
- Хорошо, - сказал я, - общайтесь с его людьми. Только не проболтайтесь.
- Мы о бабах, - заверил Альбрехт. - С этой темы соскользнуть в политику трудно!
Герцог подъехал в сопровождении двух лордов, все трое спешились, Вирланд начал представлять своих спутников:
- Ваше Величество, это…
- …барон Ховард Кастельван, - сказал я весело, - а также виконт Глен Силендборг, доблестные рыцари и умелые военачальники.
Вирланд слегка опешил, а сэр Ховард поклонился и пробормотал, тоже смущенно и обескураженно:
- Ваше Величество… я счастлив, что вы запомнили мое имя…
- Как и мое, - произнес с поклоном виконт.
Я сделал приглашающий жест в сторону шатра.
- Герцог?.. Барон Ховард? Или вы предпочитаете пообщаться пока с моими военачальниками?
Вирланд кивнул, на его лице отразилось некоторое облегчение. Я придержал полог, пока герцог переступал порожек, стол уже накрыт скромно и с достоинством, никакого пира, только два фужера и кувшин с вином.
Я выждал, когда он опустится в кресло, я же моложе, к тому же принимающая сторона, сел сам и начал смотреть на него со всем вниманием.
Он опустился на лавку и сказал хмуро:
- А что еще за игру вы затеяли?
- Герцог? - произнес я.
- У вас на левом конце лагеря, - сообщил он раздраженно, - знамена короля Кейдана. Это все уже в моей свите заметили, пошли разговоры. Но самого короля пока не видно.
- А-а, - сказал я. - У них хорошее зрение, герцог.
- Трудно не заметить, - ответил он, - когда эти знамена придвигают все ближе.
- У вас возражения? - спросил я. - Имею в виду, серьезные возражения?
Он пояснил также зло:
- У сен-маринцев короткая память. Живут больно беспечно, совсем забыли, что вы вторглись в Сен-Мари для захвата под знаменами герцога Готфрида. Да еще и сделали вид, что пришли спасать нас от нашествия варваров.
- Да, - признал я, - варвары помогли. Если бы не они, пришлось бы бить вас и разорять города. Но сейчас вы рассмотрели наши знамена верно, мы пришли, как я уже сказал, восстанавливать законную власть. Которую избрал весь народ Сен-Мари в лице его лучших представителей на местах. Что вы имеете против?.. Хотя это риторический вопрос, давайте проще: какими силами располагаете? Реально?..
Он хмуро усмехнулся.
- Так я и скажу.
- И не надо, - ответил я. - Я не весьма чужак, я свой как с дуба упавший и потому облупленный!.. Сен-Мари знаю, как свои шесть… или сколько их у меня?., ах да, пять пальцев, надо запомнить… Сам могу сказать вам, кто на вашей стороне, кто против, а кто воздерживается в самом широком смысле. А из тех, кто с вами, сколько таких, что запрутся в замках и будут выжидать…
Он помрачнел, пальцы нервно побарабанили по столешнице. Я наблюдал за ним исподтишка, делая вид, что спокоен и полностью уверен в своих силах.
- Мне все равно не верится, - сказал он решительно, - что вы так уж рветесь выказать воинскую отвагу и стяжать лавры жестокого воителя. И вообще кажется, Ваше Величество, вы не годитесь для переговоров, уж простите.
- Почему?
- Слишком быстро хватаетесь за оружие.
- Мир еще не тот, - ответил я, - каким его задумал Господь.
- Увы, - сказал он со вздохом. - А хотелось бы пожить в совершенном.
Я возразил:
- А откуда Господу знать, каким представляем совершенный мир мы?.. Он же дал нам свободу воли! Получим то, что сотворим. Господь ни при чем.
Он посмотрел искоса.
- Вы как будто даже рады, что Господь устранился.
- В какой-то мере, - согласился я. - Все победы - наша заслуга!
- Как и наши поражения, - добавил он. - Потому и надо нам с вами решить все так, чтобы и Господь был доволен, раз уж сам помочь не в состоянии.
Я промолчал, Вирланд все время гнет свою линию, вроде бы у нас переговоры, а там еще и попытается возглавить их, дескать, у него опыт и жизненная мудрость, но я не только старые книги читал, дети бедных взрослеют быстрее богатых, а беднее и несчастнее меня на этом свете никого в момент моего появления не было.
- Вы правы, - сказал я вежливо, - хороший полководец, как хороший врач, берется за клинок лишь в крайней надобности. Но я еще весьма юн, как видите.
И вообще… разве не всякий рыцарь стремится к воинской отваге и стягиванию лавр? Стяжению?
- Вы не всякий, - ответил он нехотя. - Хотя я предпочел бы, чтобы вы были таким.
- Почему? - спросил я снова.
