Однако нельзя думать, что культ императоров практиковался только среди самых знатных и богатых слоев общества. Бедные и смиренные люди также чувствовали влечение устраивать для себя поклонение цезарям. В каждом городе, почти в каждом поселении простой народ и даже вольноотпущенники стали возводить алтари в честь «Августа»; образовалась особая религиозная корпорация, которую назвали августалами, и устроена была специальная коллегия жрецов по шести членов, которая получила наименование «севиров августалов». Это было годичное жречество, которого очень добивались в свою очередь маленькие люди. В дни жертвоприношений их можно было видеть одетыми в «претексту», и ликторы шли перед ними. После их смерти никогда не забывали начертать на их могиле титул, который их прославил при жизни[552].
В изображаемом культе не все являлось публичным или показным. Много людей в тайне своего жилища, далеко от взоров толпы и без всякого помышления об императорских чиновниках, поклонялись божественной особе императора, причисляя ее к своим домашним богам – пенатам. Можно видеть в Луврском музее две бронзовые статуэтки, которые изображают Августа и Ливию; они некогда помещались, конечно, в качестве предметов поклонения в интимном святилище какой-нибудь галльской семьи. Несколько поколений молились им так, что никто и не знал об этом. Мы можем легко представлять себе, что эта семья просила их в своих ежедневных молитвах о мире, счастье, довольстве, здоровье и что при всякой испытываемой радости она считала своим долгом воздавать этим божествам благодарения. Статуи императоров сделались настоящими идолами, которым приносили ладан и жертвы, к которым обращались с прошениями[553].
Немыслимо приписывать все это раболепию. Целые народы не бывают раболепны или во всяком случае не сохраняют раболепия в продолжение трех веков. Не будем предполагать, что описанный культ был лишь внешним церемониалом, своеобразным правилом этикета; дворец самих императоров был почти единственным местом во всем римском мире, где он не совершался. Не придворные поклонялись государю, a город Рим, и не один город Рим, но также Галлия, Испания, Греция и Азия. Если исключить христиан, которые тогда жили еще скрытыми во мраке, род человеческий как бы общим хором поклонялся особе мирового монарха[554].
