— Как и договаривались, — уже с ленцой ответил Антоний. — Клеопатрой вы… — он посмотрел на царицу и продолжил обтекаемо: — …в смысле… пообщались. Чего теперь-то?
— Я не общался! — воскликнул Лёлик.
Антоний пожал плечами и посмотрел на занавес, который в это время кто-то откинул снаружи.
— Привели! — закричали оттуда.
— А ну, давай сюда! — оживился Антоний.
Группа решительно настроенных преторианцев во главе с Дыробоем ввела двух жрецов местного вида в порванных хламидах. Один жрец был высок, сух и надменен — он поджимал губы и смотрел исподлобья; другой, маленький и толстенький, вжимал голову в плечи и никак не мог совладать с нервным тиком, дёргавшим его плохо бритую жирную щеку.
— Эти? — деловито спросил Антоний у Клеопатры.
Та, прищурившись, оглядела жрецов и кивнула:
— Длинный — главный жрец храма Аписа, а жиряга — казначей… Доверенные лица Пофина. Если они не знают, то никто не знает.
— Рим всё видит, Рим всё знает! — взревел вдруг Антоний, приподнимаясь и тыча указующим перстом в жрецов. — Говорите, куда казну дели?!
Жрецы синхронно вздрогнули и отшатнулись, но промолчали; маленький задышал с судорожным сипением, длинный мрачно морщился, пялясь в пол.
— А я говорю: говорите!! — ещё громче рявкнул Антоний. — А то хуже будет!
— Отвечайте, презренные! — вступила в допрос Клеопатра. — Нам известно, что вы спрятали нашу казну в ваших подземельях. Верните казну, и мы вас пощадим. И даже наградим… — впрочем, последние слова прозвучали неубедительно.
Длинный жрец презрительно фыркнул и скрипучим голосом произнёс короткую фразу на непонятном языке, отчего Клеопатра натуральным образом подпрыгнула и даже зашипела по-змеиному. Похоже было, что служитель культа приложил царицу крепко и убедительно.
Джон хитро ухмыльнулся, глаза его заблестели. Коллеги зашевелились, зашептались — всем вспомнилась странная процессия, виденная в подземелье. Клеопатра зыркнула на нас внимательно, и вдруг Боба, глядя на неё преданно и улыбаясь не хуже Буратино на карнавале, выступил вперёд, повёл плечом как танцор перед коронным проходом и ляпнул внезапно:
— А мы знаем, куда они казну запрятали!
Клеопатра поощрительно болтуну улыбнулась и закивала головой как заслуженная учительница, и Боба, не ощущая тычков и затрещин, посыпавшихся на него со всех сторон, завершил предательство:
— Это где церковь… храм, то есть… там быки ещё… целое стадо, и один с мошною!… — Боба щедро показал природу данной мошны на себе. — Дверь там тайная!
Длинный жрец, глядя с ненавистью, стал бормотать что-то с взвизгами, крутить пальцы в странные фигуры и тыкать этими фигурами в сторону Бобы. Впрочем, на него никто не смотрел.
— Храм Аписа! — удовлетворённо произнесла Клеопатра и даже хлопнула в ладоши.
— Храм, говоришь! — воскликнул Антоний, вскочил пружинисто и заявил Бобе: — Дорогу покажешь! Награжу как следует! — затем толкнул в бок квестора: — А ну, команду давай орлам собираться! Да возы там, рабов, мешки готовить!…
Квестор важно кивнул и шустро побежал вон из комнаты, гремя ключами.
— А вы чего стоите?! — гаркнул Антоний адъютантам. — А ну, помогать!…
Те, спотыкаясь, кинулись вслед за квестором.
— Ну ты чо? — подступил Лёлик к Бобе. — Чего сокровища сдал?
— Ну ты и дятел! — возмущённо загундел Раис. — Лишил, понимаешь, богатств праведных, заслуженных!
— Ну так… А чего? — бормотал стеснительно Боба, хлопая глазами.
— Ладно. Ничего уже тут не поделаешь, — сказал огорчённо Джон.
Антоний о чём-то вполголоса посовещался с Клеопатрой, после чего приказал Дыробою жрецов до особого распоряжения запереть покрепче и подальше.
— Мерзкое племя! — ругнулась им вслед Клеопатра, нервно сжимая пальцы. — Вроде бы и приняли нашу эллинскую веру, а сами всё туда же смотрят: на своих варварских древних богов, всё в своих подземельях колдуют… Ну теперь я их выведу!… — царица резко встала и стремительно вышла из комнаты.
Антоний подошёл к Бобе, взял его за талию запанибрата и сказал:
— Ну что, пойдём?…
— Поделишься! — строго выкрикнул Лёлик и даже погрозил пальцем.
— А как же! — сделал большие честные глаза Антоний.
— А не обманешь?!… Нас нельзя обманывать, у нас раненные!… — закричал с надрывом Лёлик, выволакивая за руку упиравшегося Джона.
— Да разве можно это — союзников обманывать! — с неподдельным ужасом сказал Антоний и заспешил из комнаты, толкая перед собой Бобу.
Мы заторопились следом.
Прямо перед дворцовой лестницей совершалось затейливое организаторское действо. Мы остановились на верхних ступеньках, наблюдая за тем, как проворно и сноровисто под руководством квестора составлялась экспедиция. Весьма скоро всё было готово: имелось оптимистически огромное количество пустых повозок, запряжённых меланхоличными волами, стояла сбитая в тесную кучу бригада рабов; всю эту команду окружала пара манипулов полностью вооружённых преторианцев, возглавляемых Дыробоем.
Спустившись, мы вышли к голове построения; Антоний переговорил с квестором и Дыробоем, и весь наш сводный отряд тронулся в путь.
