Одним стремительным движением он обрушил могучее крыло на Вирнериона, пригвоздив того к каменному полу. Пыль взметнулась столбом; воздух затрещал от напряжения.
Синий дракон хрипло зарычал от боли и неожиданности, его чешуя с скрежетом впилась в камень. Валораз опустил голову, разинув пасть. Внутри клубилось чёрное пламя, пронизанное алыми молниями, источая невыносимый жар и необъятную мощь. Вирнерион, несмотря на всю свою отвагу, почувствовал, как по спине пробежал ледяной холод страха. Воздух вокруг загустел, предвещая гибель.
— Ты не будешь мне подчиняться?! — голос Валораза был глухим, зловещим рычанием, полным неконтролируемой ярости. — Забыл, что я сделал с тем, кто пошёл против меня? С Церруком?! Хочешь его участи?! Или ты забыл про текущую во мне мощь Ультразы?!
Вирнерион, преодолевая первоначальный шок и ужас, поднял взгляд на полыхающие глаза Валораза. Перед ним встал образ Церрука, искажённого болью, и чёрного дракона, отрывающего ему крыло. Синий понимал — следующие слова могут стать последними. Медленно, без лишней спешки, он высвободился из-под захвата и поднялся. Чётко и твёрдо, без тени насмешки, глядя прямо в лицо Валоразу, он произнёс:
— Ты кричишь о силе Ультразы, но ведёшь себя как испуганный детёныш, которому впервые дали корону. Ультраза доверила тебе мир, а не руины. Так докажи, что достоин её выбора, а не будь просто зверем, ослеплённым гневом!
— Ты не перебьёшь нас всех. И уж точно не сможешь править одним лишь страхом. Владыка — это не грубая сила. Это мудрость и воля. Мощь без цели — лишь разрушение. Ты хочешь, чтобы от Этаризы остался только пепел?
— Оглянись! Ты остался один. Думаешь, другие не видят? Ты не стал для нас предводителем. Ты не сделал ничего полезного для нашей стаи. Лишь преумножил боль и страдания.
Пламя во рту Валораза дрогнуло… и погасло.
А Вирнерион, развернувшись, будто ничего и не произошло, расправил крылья и полетел вглубь своей горы, оставив Валораза на вершине — в гнетущей тишине и полном смятении.
После того как Вирнерион улетел, Валораза захлестнула волна унижения. Он вновь ощутил себя несмышлёным юнцом, которого совершенно справедливо отчитали. За последние месяцы, напитанный безмерной силой и уверенный в своём праве править всем Ривалдисом, чёрный дракон почти забыл, каково это — быть самым младшим. Хотя, по сути, он и оставался им — лишь чуть более закалённым, но так и не повзрослевшим.
Рассчитывать на синий аспект не приходилось. Вирнерион чётко дал понять: страха недостаточно. Единственный рычаг, оставшийся сейчас у Валораза, и правда был страх. Он мог держать драконов в подчинении, но не в преданности. Их повиновение действовало бы лишь под его прямым контролем, и то недолго.
С зелёными тоже всё было неясно. Фалинара ушла, оставив после себя… Валораз напряг память, пытаясь вспомнить имя того, с кем она его знакомила. Пустота. Как ни пытался, не мог выудить из головы ни звука.
— Я даже имени его не помню… — выдохнул он с горечью, и от злости сильно топнул задней лапой по вершине горы. — Как тут можно требовать беспрекословного подчинения?
Оставался лишь красный аспект. Единственный, на кого он ещё мог надеяться. Калитраза всегда верно служила его братьям. Она же приходила тогда, докладывала о поиске оставшихся жёлтых драконов.
Но… о чём же она говорила?
Память вновь подвела — он слишком увлёкся библиотекой, упустив суть доклада.
— Но она выполнила приказ, — жёстко напомнил себе Валораз. — Без споров, без сомнений.
С ней непременно стоит поговорить. Возможно, она сможет пролить свет на настроения других драконов. Надо понять, что на самом деле творится на острове.
Закончив долгие размышления, чёрный дракон наконец нащупал следующий шаг. Плана как такового не было. Но ему отчаянно хотелось верить, что каждое его действие — часть великой, выверенной стратегии, а не очередное импульсивное решение.
Оттолкнувшись от скалы, Валораз через минуту уже приземлился на другой вершине — горе, объятой жаром и густым паром, поднимающимся из её недр. Неуверенный, что его заметили, он несколько раз с силой ударил хвостом по каменистой поверхности — тяжёлые, гулкие удары, призывающие хозяйку этой горы.
Ждать пришлось недолго. Калитраза откликнулась на зов быстро. Её появление резко контрастировало с визитом Вирнериона: там — холод и раздражение, здесь — верность и преданность. Она вышла из клубов пара твёрдой, чёткой походкой, вся её осанка говорила о готовности исполнить любой приказ.
Но Валораз уже не собирался посылать кого-то в Астратор. Он принял ядовитую, но неоспоримую критику главы синего аспекта — рисковать оставшимися драконами было нельзя.
— Приветствую тебя, Владыка, — с покорной теплотой выдохнула Калитраза, слегка склонив голову. — Какие будут приказания?
— И я приветствую тебя, могучая хозяйка красной горы. Я прилетел просто… поговорить, — ответил Валораз, слегка запнувшись.
