Он был добрым малым, но про таких говорят – глупый, недалекий. Он плохо изъяснял свою мысль, неважно запоминал и был постоянно под колпаком у матери. Ни за себя, ни за других постоять не мог. Одним словом, тихоня. А внешне был достаточно привлекателен. Рост – 175 см, нетолстый и нехудой, нормального телосложения. Смуглый, карие глаза, черные волосы. Единственное, что портило – это отцовский нос картошкой. Мама им руководила жестко. Ладно, была бы мудрой, понятно. А то такое нагородила. Страшное дело, когда человек думает, что он во всем прав, то не хочет никого слушать, орет, скандалит, командует. И что с таким делать? Слава подчинился. Я стала воевать, подчиняться не хотела. Но потом пришлось. Об этом позже.
Я помню отцовские слова:
Что ты делаешь с моими детьми? – он глянул на меня и слезы покатились.
Глава 6 – «Отрочество»
Эти годы в нашей семье пировали. Я надеюсь, вы понимаете, о ком идет речь. Я их стала называть не бесами, а гадами. После рождения младшего брата, мама часто болела – камни в почках. Она часто лежала в больнице, много операций перенесла. Я была предоставлена сама себе, училась, как могла. Скиталась по подружкам, где от меня быстренько хотели избавиться. Я хотела людям нравиться, желала, чтобы меня принимали, начинала врать, играть в хорошую воспитанную девочку, но меня быстренько выставляли.
Я их понимала. Однажды в лагере познакомилась с двумя хорошенькими девочками-сестрами. Они пригласили меня к себе в гости. Захожу к ним в квартиру, где пахло чистотой, уютом, а тут бабушка из кухни. Я сразу поняла, что она была верующей, взглянув на меня:
Пусть она идет домой…
Бабушка, пусть Ира с нами поиграет, что ты ругаешься?
Пусть уходит домой, – бабушка была в ярости.
Мы обменялись взглядами. И я поняла, что взгляд у меня был злым. Мы вышли на площадку, немного там поиграли. Бабушка забрала внучек, а я поплелась домой. По дороге шла и плакала. Придя домой, стала жаловаться маме.
Меня отовсюду гонят, почему?
Она расплакалась:
Меня тоже отовсюду гнали.
Я ей рассказала, что со мной произошло.
Где они живут?
Мама, да не надо, не помню.
Мама хотела воевать за детей, бороться, но она совсем не понимала, что происходит. И какое оружие нужно в таких случаях. Это смирение, терпение, прощение. Но никак не гордыня, крики, мат. Я как-то раз видела, что эти гады делали с моей мамой. Она мало, что понимала, когда очухалась. Я кричала:
Не подходи ко мне.
Бедная моя мама, что они творили с ней и с нами. Отцу тоже доставалось. Он часто выпивал, как и многие живущие соседи-мужики. Они не просто выпивали, а пили до такого состояния, что еле до дому доползали. Татьяна Андреевна своего мужа спасать не захотела, развелась. А тот, покинув Сахалин, уехал жить в Подмосковье и бросил пить, стал писать картины, стихи, выставлял свои работы на выставках. В общем, мужик зажил нормальной жизнью.
Дядь Петю соседи по лестничной клетке, офицера, преподавателя в мореходном училище, так подкосило, что он просто валялся на лестничной площадке. Да бывало и отделанный. На следующий день соседям в глаза смотреть было стыдно. Жена увезла мужа во Владивосток, продав квартиру. И слышали, что мужчина зажил нормальной жизнью, перестал пить. В этом доме происходили невероятные истории. Однажды, папа разбудил меня утром, весь избитый. Я спросонья перепугалась, мне тогда было лет тринадцать. Мама лежала в больнице.
Папа, что с тобой? – плакала, смотрев изумленно на него, а там живого места не было.
Да, вот ночью шел с работы, хотели забрать деньги, избили. Ира, ты отведи Женьку в детский сад.
Он пошел, прилег в комнату, кровь была везде. Я, судорожно плача, стала мыть пол, стены. Отвела брата в детский сад. А домой идти боюсь. Вид был у отца отпугивающий. Да, отцу доставалось. Он не мог оставаться без жены. Если мамы дома не было, когда она отвозила младшего брата на лечение на материк или лежала в больнице, то он начинал сильно выпивать. И от собутыльников получал незаслуженно.
В общем, штормило. А мама дома – все мы пьем, всё у нас вроде как нормально. Мать умудрялась переругаться со всеми, с кем начинала более-менее общаться и даже дружить. С отцовой сестрой (тетей Ксенией), которая жила на Украине, в городе Ровно. Мама, я и мой младший брат в зимний период по путевке поехали в санаторный город Трусковец, а по дороге заехали в Ровно к сестре папы.
Я уже о ней писала. Работала она бухгалтером, муж Валерий был пилотом, работал в гражданской авиации. Их старшая дочь Татьяна училась в педагогическом институте. Сын Алексей на один год младше меня. Мне было 12 лет, а ему 11. Встретили они нас хорошо. Дома было уютно и чисто. В доме звучала грамотная речь. Нам там было полегче. Они очень полюбили младшего брата, возились с ним.
