— Кассий, вон за теми холмами, что заслоняют нам горизонт, видны окраины Адиса. — Воин указал направление. — Но справа и слева города видны расположения войск пуннов. Местные, встретившиеся нам, сказали, что заметили даже слонов. Их ведёт Масарбал Магон. Ливийцы высказались о нём, как о человеке очень высокого мнения о своих талантах, но в воинском искусстве он себя ещё никак не проявил. Но пехотой командует старый Форгон. Это закалённый в войнах стратег! Ливийцы ещё сказали, что боги благоволят нам, в войске нет Баркидов! Они все в Сицилии! Всего пуннов около сорока тысяч.
Кассий выслушил внимательно весь доклад, потом спросил:
— Как я понимаю, те холмы являются самой высокой точкой этой местности?
— Да. Далее следует низменность до самого Адиса, пересекающаяся небольшими ручьями, впадающими в реку Баграду.
— Тогда скачи в ставку консула и расскажи там всё, что поведал мне! Скажи также, что легион займёт высокие холмы и будет удерживать до его подхода! Скачи!
— Будет исполнено, центурион! — воин приложил руку к сердцу.
Через минуту разъезд скрылся в тылу римской когорты.
— Массилий, увеличим скорость передвижения! Пошли вестового к легату! Нам надо занять холмы до подхода карфагенян! Боги услышали твои мольбы о мире, Массилий! Будет битва! — улыбнулся Кассий.
— Да. И самое главное, что в их рядах нет Баркидов! — Массилий отправился ускорить когорту.
Вскоре ускорившиеся манипулы подошли к цели их движения — череде холмов, за которыми открывалась низменность, пересечённая несколькими ручьями. В разных местах выделялись островки кустарников, вся местность была идеальной для сражения. Но римляне не собирались спускаться с холмов, они стали перестраиваться в линию. Зазвучали римские сигналы, трубная перекличка на время заполнила воздушное пространство между холмов, далеко распространившись по низменности.
Легат Тит Бабрука, узнав о противнике и решении Кассия, ускорил движение легиона. И вскоре холмы наполнились манипулами легиона Марса. Бабрука искал Кассия, чтобы уточнить с ним свои действия. Увидев цепь велитов, которые шли вместе с манипулами Кассия, он понял где его местоположение. Подъехав к цепи, он увидел впереди несколько десятков трупов лошадей и пуннов, пронзённых копьями велитов.
— Что произошло, центурион? — Тит указал кивком головы на убитых.
— Конница пуннийцев попыталась атаковать нашу линию. Скорее это была разведка боем, — ответил Кассий.
— Молодец, Кар, принял решение о захвате холмов своевременно. Ты становишься полководцем. Я буду ходатайствовать в Риме, чтобы твою кандидатуру выдвинули на должность военного трибуна. Твой опыт должен быть востребован Республикой.
— Спасибо за похвалу, легат! — коротко ответил Кар.
Между тем низменность стала наполняться карфагенским войском. Блеск копий отсвечивал передвижение отрядов. Перед основными силами пехоты сновала конница. В это время прозвучал сигнал. Это подошёл третий легион Латиума. Манипулы Бабруки сдвинулись более плотным строем, уступая место прибывшему легиону. Уже два легиона удерживали холмы…
В ставке Масарбала шла дискуссия. Военачальники высказывались о предполагаемом ведении сражения. Многие высказывали мнение о необходимости отступления, ввиду того, что римляне захватили господствующие высоты этой местности. Они предлагали отступить к Адису и там ожидать сражения, дав римлянам спуститься с высот и перейти несколько небольших речек, что сковало бы движение их конницы. А они между тем имели бы за своей спиной онагры и баллисты обороны города. Это было очень дельное и умное предложение! Другие военачальники колебались и не высказывали никаких мнений. Сам Масарбал жаждал славы и, видя, что холмы защищают небольшие силы римлян, склонялся к сражению. В его поддержку высказался присутствующий в армии суффет Герт.
— Я не понимаю, почему ты медлишь, Масарбал? Все, кто здесь высказались против битвы — трусы и предатели! Они тянут время и затягивают войну только по одному поводу — они ждут одного из Баркидов! А эти предатели дали прорваться римскому флоту к Тунессу! Так что ж, отдадим им славу победы и звание единственных защитников города? Откладывая сражение, ты, Масарбал, откладываешь свою славу и известность! Совет суффетов доверил тебе армию Карфагена, а ты слушаешь советы и не доверяешь своему чутью! Вперёд! Холмы защищают небольшие силы латинян. Пока к ним подойдут основные силы, ты захватишь высоты. Клянусь могуществом Молоха, сегодня мы насладимся римской кровью!
Масарбал только этого и ждал, чтобы победить свои колебания. В его голове возник план:
— Выдвинуть вперёд слонов. За ними конницу. Пехота идёт позади. Атакуем высоты!
— Кто поведёт в атаку конницу? — спросил седой военачальник, соратник отца Гамилькара, Форгон.
— Я сам поведу конницу, — Масарбал был в восторге от этого мига, который обещал ему славу и почёт.
Войска двинулись навстречу легиону Бабруки. Легат, видя приготовление пуннийцев, созвал центурионов легиона:
