…Кар отбежал в сторону. Массилий метнулся к нему, но в это время из корзины, расположенной на спине слона, лучник-пунниец выпустил стрелу, которая, пролетев короткое расстояние, вошла выше коленного изгиба в правое бедро Массилия… Декан громко вскрикнул, падая… Кассий метнулся к нему, но в это время огромный нуммидиец на своём скакуне со всей силы инерции движения лошади воткнул в щит Кассия своё копьё, сбив центуриона с ног… Кассий упал на спину и увидел, как нуммидиец выхватывает другое копьё из расположенной сбоку лузы, закреплённой на крупе лошади… Нуммидиец делает замах, собираясь довершить убийство центуриона… Но в этот момент его пронзает копьём один из оказавшихся рядом триариев… Кассий поднимается, осматриваясь… Кругом идёт страшная резня… Слоны, лошади, люди… всё перемешалось в этой страшной битве!.. Падая, Кассий ударился затылком, у него кружилась голова,… картина боя плывёт у него перед глазами… Не сразу окружающее его пространство принимает правильные геометрические формы и пропорции… Кассий взял свой щит и обнажил меч… Окружающая его картина сражения к этому времени приобрела отчётливые очертания… Вдруг в его голове пронеслась тревожная мысль, он, вспомнив что-то, закричал, озираясь:
— Массилий!
В десяти локтях от него лежит, моргая, слон… Под его крупом виднелось много человеческих тел, и Кар увидел бело-оранжевый плюмаж шлема Массилия…
…Слон лежал на боку… Ноги его холодели… Почему?.. За что?.. Эти двуногие, кормившие, мывшие и игравшие с ним, так жестоко убили его?.. Слон тяжело дышал… Он вспомнил свою молодость… Как он ходил со своей матерью на большую реку и с каким наслаждением они предавались купанию в реке под неусыпным надзором взрослых самцов его семейства… А потом двуногие изловили его… И он, ожидая худшего, в страхе за будущее, вспоминал свою большую маму… Но вместо этого он приобрёл друга, который долгое время кормил его и ухаживал за ним… Они с ним играли в какие-то странные, замысловатые игры, суть которых было понять трудно… Но он, полностью доверяя своему седоку и другу, не противился им… Слон повёл глазами… Седока тоже убили, он лежал рядом заколотый несколькими копьями, повернув к нему свою голову… Слон потянулся хоботом и, обняв мёртвого друга, притянул его к себе, будто желая заслонить его тело от страшной пляски смерти, которую продолжали плясать двуногие… «И всё же, что я сделал не так?» — думал слон… Он повёл своими глазами и везде, куда падал его взгляд, двуногие с остервенением убивали уже друг друга… На его глаза наплывала смертельная пелена… «Вот и хорошо!» — решил слон, уже не имеющий сил смотреть на пляску двуногих… Он закрыл глаза, прижав из последних сил тело своего мёртвого друга… Через минуту он громко выдохнул и затих… Но он продолжал видеть место своей гибели, только теперь почему-то сверху. Потом он повернулся к солнцу и устремился к свету, потеряв всякий интерес к происходящему внизу…
…Кассий встряхнул головой, пытаясь сбить свои воспоминания боя. Теперь он один. Совсем один! Он потрогал амулет, данный ему Гамилькаром…
«Может это он спас меня? — подумал Кассий. — Барка сказал, что он сохранит меня и выведет меня на него! Но каким образом? — Кассий отогнал от себя эти мысли, устремив взор на уходящий обоз. — Только выживи, старина! — подумал он. — Смерть не должна дотянуться до тебя и забрать твои мечты! Только выживи!»
Сзади послышались чьи-то шаги. Кассий обернулся. К нему подошёл Бабрука.
— Терять друзей очень тяжело! — сказал он. — Особенно таких, как Массилий!
Легат смотрел вслед уходящему обозу.
— Но заранее о плохом думать не следует! Клянусь целомудрием Весты, мы ещё увидим нашего декана! — закончил легат. Это последнее высказывание Бабруки очень взбодрило Кара.
— Есть какое-то задание? — спросил Кассий легата, готовый тут же броситься выполнять его.
— Да, подготовь списки на пополнение! Укажи в нём, сколько центурионов и деканов выбыло в последние дни. Ты знаешь воинов лучше меня! Нужно заменить выбывших на стойких и отличившихся солдат из других поредевших легионов.
— Скоро выступаем? — догадался Кар.
— По словам Регула, сразу после подхода отставших обозов! Хотя с мясом вопрос решён! Убитые слоны пойдут на него! Надо отдать почести убитым животным! — легат горько усмехнулся.
По равнине разнёсся запах горелой плоти — местные ливийцы собирали убитых карфагенян и зажигали огромные погребальные костры: оставлять убитых в Африке чревато страшной чумой! И местные давно знали это…
Кассий поморщился. Едкий дым проникал в его нос и лёгкие и ему казалось, что какая-то человеческая мёртвая сущность убитых людей проникает ему в сердце и впоследствии сможет в нём как-то проявиться. Он повязал лицо походным платком.
— Я принесу списки вновь назначенных центурионов и деканов уже сегодня вечером! — заверил он своего легата.
Бабрука кивнул и пошёл дальше. Кассий проследовал в расположение своей когорты.
Глава 3
