Я осторожно смотрю сквозь ресницы, готовясь к боли. Медленно открываю глаза и расслабляюсь, как только комната перестает расплываться. Я оглядываю комнату в поисках человека, которому принадлежит этот мягкий голос, и мой взгляд останавливается на миниатюрной женщине с темными волосами и челкой.
Я смотрю, как она нервно двигает очки на переносице, прежде чем улыбнуться.
― Очень хорошо. Мне бы хотелось, чтобы мы пообщались с помощью моргания. Когда вы моргнете раз, ― это будет означать «да», а когда дважды ― «нет». Вам больно?
Я с силой жмурю глаза, и она, нагнувшись ближе ко мне тихо произносит:
― Мисс Маккензи. Запомните: когда вы моргаете один раз ― это значит «да». Два ― «нет». Еще раз: вам больно?
Я вновь моргаю, тогда она достает шприц из своего белого халата и медленно вводит лекарство мне в капельницу.
― Это «Дилаудид» [2]. Болеутоляющее. Основным из побочных эффектов является сонливость, но я бы хотела вас попросить не спать, чтобы я могла задать вам несколько вопросов. Как думаете, справитесь? И запомните, один раз ― «да» и два раза ― «нет».
Я моргаю один раз. Препарат начинает действовать, острая боль уходит, и на ее место приходит сонливость, которая притупляет мысли, что несутся у меня в голове.
― Я прочла отчет полиции, но в нем есть некоторые неувязки. Пожалуйста, попробуйте вспомнить, были ли вы одни во время происшествия?
Я единожды моргаю и пристально смотрю на нее. Кажется, из-за сонливости я вполне могу предоставить два варианта решения в сложившейся ситуации. Один из вариантов заключается в том, что Романа Пейна смогут посадить под замок и удерживать там до тех пор, пока не придет его армия адвокатов. И второй вариант, тот, который устроил бы Романа, тот, в котором так и останется куча недосказанного, множество несопоставимых кусочков паззла, которые, он был уверен, я внимательно слушала и могла поведать.
Два фактора, которые влияли на мое решение и заставляли сомневаться, ведь я могла бы выбрать первый вариант, если бы знала, что мои братья мертвы и на меня больше не будет никаких рычагов влияния. Однако, если мои братья до сих пор живы, у меня просто не было выбора, кроме как выбрать вариант номер два, чтобы сохранить им жизнь.
И все же в данный момент я понятия не имею об их судьбах, чтобы подобрать верный ответ в сложившемся уравнении. Я знала одно: какой бы вариант я сейчас не выбрала, я всегда смогу вернуться назад и все переиграть.
В конце концов, следующие слова, которые произносит доктор, полностью решают всю мою дальнейшую участь.
― Отец ребенка знает, что вы на четырнадцатой неделе беременности?
Я изо всех сил пытаюсь сидеть ровно, мои руки и ноги тяжелеют, но все-таки сорванным от крика голосом я выдавливаю из себя:
― Что?
― Тише. Тише. Успокойтесь. Прилягте, чтобы не покалечиться.
Я таращусь на нее, умоляя, чтобы она объяснила мне все, сказала, что это ошибка, или, черт побери, что это шутка и что сегодня день смеха во Франции, и она просто подшутила надо мной, но все, что она делает, ― лишь смотрит на меня, в ее взгляде я вижу жалость и сочувствие.
― По вашей реакции я смею предположить, что вы не знали о том, что беременны.
Я моргаю, тем самым подтверждая ее догадки.
― Эммм… Ну, тогда, я хотела бы поздравить вас. ― Она улыбается, глядя на меня, и я моргаю дважды… пауза… вновь моргаю дважды… опять пауза… два раза… и вновь делаю паузу.
― Шшш… Хизер, прекратите, у вас сейчас начнется приступ паники или того хуже: случится припадок, если вы не успокоитесь. Так-то лучше.
Она вздыхает, когда снимает свои очки и потирает рукой переносицу, а затем продолжает:
― Итак, как я понимаю, это отнюдь не радостная новость.
Она с шумом вздыхает, прежде чем вновь одеть очки.
― Из того, что вы помните в гостиничном номере, вы были одни, Хизер?
Я смотрю на нее секунды три, прежде чем моргнуть один раз.
― Вы застали кого-то во время кражи со взломом, Хизер?
Моргаю один раз.
― Можете вспомнить, сколько их было?
Моргаю дважды.
― Был ли мистер Пейн в номере или где-нибудь в гостинице во время нападения?
Глядя в ее зеленые глаза своими, наполненными слезами, я моргаю дважды, от чего слезы катятся вниз и струятся вниз по моему лицу.
― Нет? Вы говорите «нет», Хизер? Или просто моргаете, чтобы отогнать прочь выступившие слезы? Моргните раз, если это слезы, и дважды, если это и впрямь ваш ответ.
Я быстро моргаю дважды, после чего мои веки тяжелеют, и обезболивающее в капельнице, наконец, уносит меня в благодатную, покрытую мраком, темную пелену.
Роман
Я надеюсь. Чувство, которое я уж точно никогда не испытывал ранее, но именно надежда — то чувство, которое щемит мне грудь, когда ухожу от больничной койки своей маленькой мышки. Я надеялся, что она докажет самой себе, что достойна тех чувств, которые я пытаюсь подавить в себе с самого начала. Сказать, что она доставила мне несказанное удовольствие, было бы пародией на чувства, которыми меня накрыло, когда я слушал пересказанный доктором Пирсон вчерашний разговор с Хизер.
