В феврале объединенное войско поддержавшей Витовта литовской знати и Тевтонского Ордена вторглось в Литву. Однако первые бои показали, что сопротивление Скиргайло и Корибута, усиленных польскими воинами, не позволит добиться значительных успехов без хорошей подготовки. Пограбив литовские земли, князья которых не поддерживали Витовта, союзники отошли, готовясь к новому вторжению. На этот раз великий магистр объявил о сборе всех, способных носить оружие, а немецкие посланники отправились в Западную Европу, призывая «истинных рыцарей под Христово знамя». На их зов откликнулись многие желавшие не столько выступить под священными «хоругвями», сколько награбить языческого «добра». Под знаменами объединенного войска собрались рыцари со всего света, прибыл даже со своими тремя сотнями воинов английский граф Дерби, будущий король Генрих IV. В конце лета они выступили в поход. Большое войско, двигаясь вперед, постоянно пополнялось прибывавшими со всех сторон знатными литовцами, одобрявшими действия Витовта. В союзный стан прибыл и брянский князь Дмитрий Ольгердович со своими пятьюстами всадниками.
Им навстречу поспешно вышло большое войско под командованием Скиргайло, считавшего себя «законным» великим князем. Последний рассчитывал на стремительность действий и напал на врага во время переправы через речку Нярис. Еще перед сражением между немецкими и английскими рыцарями вспыхнул спор, кому же из них нести перед собой славное знамя христианской веры, но всех опередил Витовт, который не стал дожидаться окончания спора и со своим большим отрядом устремился к приближавшемуся к реке войску Скиргайло. Их столкновение было шумным, но ни одной из сторон успеха не принесло. Воины, завязнув в воде, беспощадно убивали друг друга, обагрив кровью погибавших и раненых воды небольшой реки. Но вот и крестоносцы, увидев серьезное положение их союзника, прекратив, наконец, пустые споры, стремительной, железной лавиной обрушились на врага. Слыша сзади крики немцев, Витовт подал знак горнисту, и тот, поднеся ко рту трубу, исторг звонкий, пронзительный звук. Воины Витовта расступились, и тяжелая рыцарская конница с силой врезалась в ряды воинов Скиргайло. В то же самое время по знаку князя Дмитрия Ольгердовича брянские воины, стоявшие на правом краю войска, выпустили целую тучу стрел во врага, воспрепятствовав конникам Скиргайло отразить натиск рыцарей. Разгром был полный! Лишь сам Скиргайло с небольшим отрядом сумел спастись бегством. На поле битвы полегло несколько сотен его сторонников. Многие попали в плен. Среди пленных оказался двоюродный брат польского короля Ягайло, Симеон, сын Евнутия, и племянник Глеб Константинович. Победителям досталась богатая добыча. Граф Дерби был рад, что совершил столь дальний поход: все его воины везли с собой тугие сумки, полные литовского серебра, а сам будущий король вез в обозе целый сундук, набитый серебряными и золотыми монетами.
Но, обогатившись и обнаружив, что сопротивление врагов, запершихся в городках с сильными гарнизонами, не ослабевает, да и выжженные литовские села уже ничего не дают, рыцари вскоре утратили желание к продолжению похода и решили уйти.
Великий князь Витовт, тем не менее, настаивал на войне и, получив в поддержку несколько отрядов из рыцарей Тевтонского Ордена, двинулся на Вильно. Он не стал сразу брать город и расположился лагерем у Виленского замка, рассчитывая, что князь Коригайло, засевший в нем с большим войском, сдастся ему на милость. Однако «знатные воеводы» немецких рыцарей не соглашались с таким положением дел. Они понимали, что, в случае мирной сдачи, богатой добычи не будет. Им хотелось разграбить неспособный к сопротивлению город. А великий князь Витовт это запрещал.
И вот они спорили, а Витовт дремал. Наконец, когда воеводы так раскричались, что уже не было возможности создавать видимость спокойного безразличия, Витовт открыл глаза и поднял руку, установив таким образом тишину. – Успокойтесь! – громко сказал он. – Будет так, как угодно Богу! Мы сегодня же выйдем со всем войском под стены замка и бросим клич! Коригайла пока не хочет братского мира! А если он решится на сражение, тогда пусть будет по-вашему: мы разорим город! А если согласится на мирную сдачу, тогда придется отказаться от грабежа…Но вы, славные рыцари, в любом случае получите обещанные вам деньги! Я награжу вас так же, как после битвы у Нярис! К чему сомнения?
Немецкие полководцы заулыбались.
– А теперь, мои славные воины и воеводы, я хочу посоветоваться с вами о другом деле! – продолжил великий князь. – Вы видели бояр-москалей, приехавших сватать мою дочь? Как их имена, Ейкшис?
– Их зовут, великий князь, – сказал выскочивший из-за кресла Витовта слуга, державший в руках пергамент, – Александр Поле, Александр Белеут и Селиван…
