– Киска, – его дыхание жжет кожу каленым железом. – У моей детки удивительно нежная и жаркая киска. Гладкая, влажная, упругая.
– Пре…крати.
– Ты меня совсем не хочешь. Тебя от меня тошнит, наизнанку выворачивает. Но чего жаждет твоя киска? Куда рвется по ночам?
– Пре…
Я больше не могу ничего вымолвить. Спазм за спазмом сотрясают тело. И мне приходится закусить губу до крови, чтобы не заорать в голос.
Я задыхаюсь от собственных стонов, которые безнадежно забиваются в горле.
– Твоя киска хочет на большой горячий член. На мой член.
Я молчу. Но влага струящаяся по таранящим меня пальцам является куда более красноречивым ответом. И дрожь, от которой сотрясается даже позвоночник. И судороги в низу живота.
– Тебе стоит только попросить.
– А потом? – спрашиваю тихо. – Что будет потом?
– Я дам тебе все, чего пожелаешь.
Чертков отпускает меня, поправляет мое платье, обводит зад ладонями, слегка сжимает.
– Но и сам возьму все, что захочу.
Он обещает рай. В аду. Он готов подарить запредельное наслаждение, но взамен требует абсолютное подчинение.
– Я буду делать с твоим телом все, что пожелаю. Я и так могу это делать. Однако предлагаю договор на более выгодных условиях.
Он жаждет додавить, принудить меня самой на все согласиться. Уступить минутной похоти, сдаться.
– Нет, – я не подарю ему настолько легкой победы.
– Жаль, – он усмехается. – Ведь мы обязательно к этому придем, только на худших условиях.
Я думаю о том, как причинить ему боль.
– Через неделю твоего отца выпустят на свободу. Под залог, разумеется. Но полагаю, пятьсот тысяч не слишком ударят по вашему карману.
– Шутишь? С теми обвинениями, которые ему предъявлены, никто и никогда…
– Я уже договорился с новым судьей.
– Ты лжешь.
– Зачем? – он обходит меня и останавливается напротив. – Я бы хотел организовать совместный ужин. Семейный. А в тюрьме это не слишком удобно.
Не знаю почему, но от его слов мне становится жутко. И дело не в перспективе сидеть за одним столом с родным отцом и мужчиной, который относится ко мне как к куску мяса. Здесь что-то еще. Скрытый смысл, от которого мгновенно делается дурно.
– Ты становишься подозрительно добрым.
– Я надеюсь на ответную услугу.
– И в чем она состоит?
– Этот твой тайный воздыхатель. Бобырев. Он приходил и уговаривал тебя продать.
– Что?!
– Тише, детка.
– Он считает, ты у меня в рабстве. По городу ходит множество грязных слухов, и все рты я закрыть не могу.
– С чего… откуда… – задыхаюсь от возмущения.
– Сам-то он не выглядит грозным, но вот с его дядюшкой лучше не пересекаться. Скоро этот трепетный паренек подойдет к нам, поэтому изобрази любовь, попроси продать нам какую-нибудь картину. Пусть видит, что между нами вполне нормальные отношения.
– Хочешь, чтобы я тебе помогла? – мстительно щурюсь. – Да с какой стати? Отца ты можешь и не выпустить. Это все может оказаться ложью. А Женю я знаю с детства. Знаешь, не слишком умно было мне рассказывать о его чувствах и намекать, как именно я могу их использовать.
– Настолько хорошо знаешь своего Женю, что не заметила, как он в тебя втрескался.
– Спасибо за наводку.
– А ты уверена, что попасть к нему лучше, чем ко мне? Ты хорошо на эти картины посмотрела?
– Слушай, плевала я на его картины. Как выяснилось, и ты не ценитель! Ты просто узнал, что он меня любит, а потом все сопоставил.
– После того, как я тебя нагнул, потоптать такую сладкую курочку мечтает любой.
Чертков подхватывает меня под локоть, буквально тащит по галерее.
– Уверена, что тебе понравится осуществлять их фантазии?
– Я не стану ничего осуществлять, тут не каменный век и не…
– Да ну ладно, – он хохочет. – Поглядим, как твой нежный юноша тебя раскладывает?
Он подводит меня к новой картине. Потом еще, и еще, демонстрирует каждое полотно и сопровождает увиденное едким комментарием.
– Вот эти полосы точно веревки. А вот кровь. Кандалы. Вот с тебя живьем снимают кожу. А вот хлещут кнутами. И моя любимая, вдохновленная фильмом «Цветок из плоти и крови». Так и подписана. Это не домыслы.
– Это абстракция. Это может быть все что угодно. Ты специально пугаешь меня.
– Давай проверим. Я возьму предложенные им пару миллионов…
– Пару миллионов?
– Да, ты его крепко зацепила. Засела у него в мозгах. Он готов платить. Ты ведь его королева. Муза. Он спит и видит, как воплотит свои картины в реальность.
– Ты с ума сошел, он на такое не способен!
– Я регулярно поставляю ему товар. Стройных пышногрудых брюнеток. И знаешь, они требуются ему все чаще и чаще. А куда они деваются, где пропадают. Этого никто не знает. Хотя в его загородном доме есть значительного размера земельные угодья. Там можно целую армию похоронить. И никто не начнет искать. Частная территория.
– Я тебе не верю. Ни слову не верю.
Чертков только смеется.
– Я не верю! – восклицаю истерично. – Понял?
Так вот зачем он вернул мне отель, подарил ресторан. Просто создает впечатление, иллюзию добровольности. Кто будет делать такие презенты шлюхе? Особенно если трахает насильно.
– Привет, Катя.
К нам подходит Евгений.
– Не ожидал тебя здесь увидеть.
