Романы Ильфа и Петрова полностью

Это советский пешеход-физкультурник… — Средства информации в те годы ратовали за «полезное, практическое использование отпусков» и «деловой туризм», противопоставляя их мещанскому отдыху на «даче». Особенно поощрялся пеший туризм. Туристы, преодолевающие расстояния пешком (а также на лодках, лыжах, велосипеде и т. п.), группами или индивидуально, часто под эгидой «Общества пролетарского туризма» и с агитационной нагрузкой, — заметное явление 20-х гг. Путешествия совершаются под знаком изучения успехов СССР и укрепления дружбы между народностями, включают работу с местным населением. В. Гусев в романтических стихах о пролетарских туристах, обходящих страну «по путевке месткома», подчеркивает именно эти цели: Кричат удивленные птицы — / Глядеть, отдыхать и учиться / Пошли по дорогам Союза, / По рекам, озерам, морям / Литейщики Тул и Коломен, / Начальники лысьвенских домен, / Веселые парни из вузов, / Динамовские токаря, / Пошли не спеша и надолго / Узнать, как работает Волга, / Как поезд бежит по Турксибу, / Как Днепр усмиряют, узнать. / Бродить над рекой вечерами, / Беседовать с мастерами, / Московское наше спасибо / Украинцам передать… [Ог 30.10.30]. И. Сельвинский пишет в эти же годы «Марш пролетарского туризма»: В колхозы каурых / Аджарских турок, / В поля долгунца и риса / Несет с собой трудовую культуру / Шаг пролетарский туриста (1931).

Мода на пеший туризм нередко становилась мишенью юмористов, совлекавших с него флер «романтики». Так, сатирик Д’Актиль описывает злоключения путешественника, который Верен гордому завету, / Собрался пешком по свету… / И пришел-таки к маршруту: / Вниз по Волге, вниз по Пруту, / Мимо озера Ильмень / В Порт-Саид через Тюмень…, но не смог осуществить всех планов, поскольку был раздет грабителями около Сокольников [На суше и на море: поэма о туризме, рис. Б. Ефимова, Ог 26.06.27]. «Сейчас моден туризм. Вон, Пашка Соловьев пошел пешком в Индию, Сергей Щевелев, знаешь, на что уж модник, поехал на велосипеде в Египет, Ванька Зухер побежал на Северный полюс…» [Б. Левин, Жертва моды, См 28.1927]. Другой фельетонист предлагает заголовки и лозунги: «Ноги как классовое орудие ходьбы», «Помните, что только пешком можно дойти до социализма», «Пешеходы всех стран, соединяйтесь!» и т. д. [И. Кремлев, Шляпа с пером, Бу 26.1927].

Пешие путешествия в индивидуальном порядке пропагандировались прессой и поощрялись местными властями, чем, естественно, пользовались жулики и самозванцы. Ср. на эту тему рассказы И. Ильфа «Пешеход» и Е. Петрова «Знаменитый путешественник» [См 43.1928; Рабочая газета, 02.10.30]. «Каждому хочется стать пешеходом», — так резюмируется пешеходное поветрие в расссказе Ильфа. Заручившись «мандатом» от совета физкультуры, пешеход разъезжает на поездах по районным центрам и совершает набеги на редакции газет: «В редакцию он входит, держа в правой руке знамя, сооруженное из древка метлы, и лозунг, похищенный из домоуправления в родном городе». Знаменитого пешехода осыпают бесплатными благами, слава его растет, и когда он на исполкомовском автомобиле [см. ДС 1//18] проезжает через маленький город, в толпе шепчут: «Это пешеход! Пешеход едет!»(не реминисценция ли из дантовского-брюсовского: И когда вдоль улиц прохожу я мерно, / Шепот потаенный пробегает вслед). В рассказе Петрова за туриста-пешехода выдает себя обыкновенный летун [см. ниже, примечание 14]. Пешеход, с комфортом передвигающийся по железной дороге, выведен в его же рассказе «Коричневый город» (1928). Одну из юморесок на тему пешеходного поветрия см. в Приложении к настоящей главе.

1//5